Счастье есть!
— Твоя мама тайком сделала себе ключ от нашей квартиры. Она что, приходит, когда нас нет? — злилась на мужа Аня
— Твоя мама тайком сделала себе ключ от нашей квартиры. Она что, приходит, когда нас нет? — Аня стояла посреди коридора, держа в руке связку ключей, и смотрела на мужа так, будто он лично выдал этот ключ под расписку...
— Твоя мама тайком сделала себе ключ от нашей квартиры. Она что, приходит, когда нас нет? — злилась на мужа Аня (часть 2)
Читать первую часть ➜ Чашка была не просто чужая. Она была из сервиза, который Аня подарила свекрови лет пять назад. Белая, с золотой каемочкой, с розочкой посередине. Аня помнила, потому что сама выбирала в магазине...
— Я уже пригласила на вашу дачу всю родню из поселка, так что ждите, — объявила свекровь вечером накануне приезда гостей
— Я уже пригласила на вашу дачу всю родню из поселка, так что ждите, — объявила свекровь Ольга Дмитриевна, стоя на пороге с сумкой, из которой торчал пучок укропа размером с веник. Дана как раз вытирала тряпкой подоконник. В голове пронеслась мысль: «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день». — Мама, — осторожно начала Дана, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — а когда? — В субботу, — свекровь уже прошла в коридор, скинула галоши и принялась обозревать территорию. — Кстати, у вас в прихожей плинтус отходит...
— Ты должна переоформить половину квартиры на мужа, иначе что это за семья, где есть личное имущество? — заявила Лизе свекровь
— Ты должна переоформить половину квартиры на мужа, иначе что это за семья, где есть личное имущество? — свекровь Светлана Анатольевна смотрела на Лизу так, будто та только что призналась в государственной измене. Лиза медленно, с достоинством, вытерла руки о полотенце с вышитыми петухами. Полотенце было старым, петухи выцвели, но Лиза любила их за честный, неброский вид. В отличие от свекрови. — Светлана Анатольевна, — сказала Лиза, — а давайте я вам лучше чаю налью. У меня сегодня зефир свежий, в «Магните» по акции взяла, триста двадцать рублей за кило...
— Мы должны помочь Свете деньгами, у нее сложный финансовый период, она потом обязательно вернет, — убеждал Надю муж
— Надя, я должен тебе кое-что сказать, — Женя стоял в дверях кухни с видом человека, который уже сто раз пожалел, что вообще открыл рот. Надя как раз вытирала пыль с полки, на которой стояли банки с крупой. Крупа была насыпана еще в прошлом году, но почему-то никто ее не ел. Пыль лежала ровным слоем, как снег в сентябре — неестественно и некстати. За окном моросил дождь, серый и нудный, как разговор с соседкой, которая вечно жалуется на жизнь, но ничего не меняет. — Ты стоишь в дверях с таким лицом, будто у нас снова сломался холодильник, — сказала Надя, не оборачиваясь...

