АвТОгус

Инженерное чудо соцэпохи: Как в Румынии передвинули многоэтажку с жителями внутри В 1980-х годах в Румынии произошла беспрецедентная операция, сочетавшая градостроительную необходимость с инженерным гением. Жилой дом в городе Альба-Юлия был разрезан пополам и перемещен на новое место… с жителями внутри. Эта история стала символом эпохи соцмодернизма. При социалистическом режиме в Румынии реализовывались масштабные планы развития городов. В Альба-Юлии власти запланировали строительство величественного бульвара Трансильвании (Bulevardul Transilvaniei), но на его пути стоял жилой блок. Вместо сноса здания было принято уникальное решение — переместить его. 28 октября 1983 года команда инженеров под руководством Эуджена Йордэческу провела операцию: 1. Здание разрезали на две части. 2. Под одной половиной проложили рельсы и установили стальные катки. 3. Конструкцию переместили на 55 метров за 5 часов 40 минут. 4. Коммуникации (электричество, вода) оставались подключенными благодаря гибким временным системам. Жители продолжали находиться в своих квартирах во время движения дома. Это было требованием властей, чтобы не нарушать их быт. Эуджен Йордэческу уже имел опыт спасения зданий. В 1980-х он руководил перемещением 12 церквей в Бухаресте, которые планировалось снести по приказу Чаушеску. Его методы включали: · Использование гидравлических домкратов. · Создание стальных рамп и рельсовых путей. · Точный расчет нагрузки и траектории. Почему это стало легендой? Это был поистине инженерный триумф. Операция требовала математической точности: малейшая ошибка могла привести к обрушению. Такие масштабные перемещения зданий с людьми внутри в мировой практике редки. Обе половины здания до сих пор стоят в Альба-Юлии напротив друг друга и служат доказательством румынского инженерного мастерства. Перемещение дома в Альба-Юлии — это не просто курьез из прошлого, а пример того, как техническая мысль может служить людям, ведь созидать всегда сложнее, чем разрушать.

«Мост короля Людовика Святого» (The Bridge of San Luis Rey) — это драматический фильм 1929 года, одна из первых полнометражных звуковых картин в истории Голливуда. Он является экранизацией одноимённого романа-притчи Торнтона Уайлдера, получившего Пулитцеровскую премию. Сюжет разворачивается в Перу XVIII века и начинается с трагедии: обрушивается висячий мост, унося жизни пяти человек. Монах-францисканец отец Хуан пытается найти высший смысл в этой случайной гибели и начинает расследование, чтобы понять, что связывало этих людей и почему они оказались на мосту в роковой момент. Фильм через истории жертв (аристократки, актрисы, простого человека и других) исследует вечные темы: судьбу, случайность, любовь, одиночество и божественный замысел. Фильм 1929 года, в котором снялась Лилли Дамита, сегодня считается утерянным, что делает его легендой кинематографа. История была дважды переснята: в 1944 году с Линн Бэри и Назимовой и в 2004 году с Кэти Бейтс, Робертом Де Ниро и Габриэль Юнион. На самом деле история жизни и карьера Лилли Дамита заслуживает отдельного рассказа. Следите за публикациями.

В 1965 году в небольшом испанском городке Порт-Лигат произошла встреча, которая стала символом пересечения высокого искусства и популярной культуры. Величайший сюрреалист Сальвадор Дали написал портрет самой яркой кинозвезды того времени — Ракель Уэлч. На момент их знакомства 25-летняя Ракель Уэлч была на пике славы. Её называли новым секс-символом Голливуда после успеха картин вроде «Миллион лет до нашей эры». Заказ портрета у Дали был жестом, который должен был подчеркнуть её новый статус — не просто актрисы, а культурного феномена. Сам Дали к тому времени был живой легендой, мастером эпатажа и одним из самых узнаваемых художников в мире. Его интерес к Уэлч был закономерен: он всегда тяготел к ярким личностям, олицетворявшим собой дух времени. Результатом коллаборации стала картина «Rostro de Raquel Welch» («Лицо Ракель Уэлч»). Как и следовало ожидать, Дали не стал писать реалистичный портрет. Вместо этого он создал сюрреалистический ландшафт, на котором черты лица актрисы — её знаменитые скулы, губы и нос — превратились в скалистые утёсы и таинственные пещеры, напоминающие пейзажи родного для художника побережья Коста-Брава. Это был скорее портрет-метафора, где лицо кинодивы предстало вечным и монументальным, как сама природа. Критики часто отмечают, что работа в большей степени отражает уникальный стиль самого Дали, чем индивидуальность Уэлч. Знаменитая фотография, на которой Дали почтительно целует руку Ракель Уэлч, была сделана после завершения сеанса. Этот жест галантного испанского кабальеро идеально завершал историю их встречи. Снимок, сделанный в причудливом интерьере дома Дали, стал симбиозом их двух миров: безумного гения сюрреализма и безупречного голливудского гламура.

Как и обещал вчера вот вам совершенно новая Уэнздей! Такой вы ее никогда не видели!