Сердед

Вы, когда Всея Руси Владыку отказались чествовать в молитвах, вам не подступила желчь к кадыку? Или вы зашлись тогда в колитах от дремучего сковавшего вас страха, что потери жизни понесете? Что за твердость ждёт тюрьма и плаха? Думали, что свой приход спасёте? Нет, свои душонки вы спасали, поклонились клоуну - Иуде, приговор себе тем подписали, сатане преподнеся на блюде свои слабость, страхи и пороки. И, предав, вы - воины Христовы?! И когда придут Победы сроки, вы Солдату Русскому готовы заглянуть...

У православных Пост Великий, а на границах - эсвео... Расход людей, ресурсов дикий. Через экранное стекло - Одни загадки и скандалы, Да буйное царит "веселье"... Крушат Советское - вандалы, а белгородцам новоселье, пришлось справлять, домов лишившись, - разбиты от прилетов вражьих. И с малой родиной простившись, бежали... Жить-то хочет каждый. Горят склады и производства, и день за днём взрыв где-то газа(?!). Пиарят с Киева уродца. А жив ещё ли сектор Газа? Ведь рядом...

Какие-то чинуши с РУДеэН решили на слабо' народ проверить, привит ли он от внутренних измен? - И смуту стали подленько так сеять. И флаги новоявленных нацистов развесили народу на показ, и понял он, что в месте том - не чисто, что есть оно - источник зла, зараз. Ещё народ молчанием озадачен, которое исходить от властей. Кем гнусный выпад сей одобрен и оплачен? Врагов кто привечает, как гостей? Вы, боссы РУДеэНа обнаглели, нет...

Когда вновь рабоче- крестьянская армия Жизни бойцов, офицеров кладёт В том эсвео, что с названием «странная» - Дочка лампасного отдыха ждёт. Нет, на просторах России её не найдёте – С Лёшей, супругом, рванула в Дубай. Сильно устала на сложной работе, Мало ей Сочи, противен Домбай. Теплого моря, люксовых отелей Ксюше и Лёше хотелось давно...

Да он его бы разорвал, Как Тузик – грелку, лев –ягнёнка! Стоит, как мощный самосвал. Такая, Виктор, работёнка! – Стоять, как кедр- исполин Средь повилики, кровь сосущей! Её присутствием томим, А тут ещё наркоша врущий К тебе поближе подведён… Чтоб ты ему в пятак заехал?! Да, Виктор, видно – ты взведён: Ни до улыбок, ни – до смеха! Себя едва умел сдержать, Чтоб наркоману не отвесить… Из...