Уйду в лес

Мне скоро исполняется 35, и эти уходящие дени 34-х летия я все чаще бываю. в яме. Лопата входит в землю, я откидываю ком за комом — и потихоньку из-под всего этого мусора и грязи проступает вход в склеп Левашовых...

Дорога привела меня не к достопримечательности. Не к шумной площади. Не к виду из путеводителя. Она привела меня к старому дому за покосившимся забором, где трава уже выше колена. Окна смотрели в поле пустым взглядом. Ветер осторожно перебирал доски забора, словно страницы старой книги. Подписывайтесь на канал в МАХ "Уйду в лес" А на подоконнике стоял стакан. Просто стакан. Перевёрнутый вверх дном, как делала моя бабушка, чтобы внутрь не попала пыль. И в этот момент я понял: хозяева вышли всего на минуту...

Уж 9 лет, как существует мой проект и на протяжении всего этого времени меня пытаются разоблачить и понять, вывести на чистую воду. Все хотят узнать, сколько алюминиевых тазиков было своровано, сколько старинных наличников снято и наверно какое количество "черных копателей" я привлек в заброшенные деревни. "А зачем ты туда поехал?", "Поехал, чтобы потом туда копатели приехали?", "Такие как ты у моей бабушки на даче все тазики алюминиевые спи**или!" и т.д. Мой канал в МАХ "Уйду в лес" - подписывайтесь Знаете, психологи вроде, как доказали, что совершенно психически здоровых людей нет в природе...

На этих фотографиях — не просто покосившиеся избы, укутанные молчаливым снегом, а целый пласт русской души, растворённой между прошлым и настоящим. Заброшенные деревни России — это особое мистическое пространство, где время перестаёт быть прямой дорогой, а превращается в круговорот воспоминаний, встреч и прощаний. Здесь, среди сгнивших брёвен и одиноких берёз, словно затаились древние духи земли. Они помнят, как в этих домах трещали печи, как звенел смех, как за окном метели рисовали свои узоры...

Я пробирался через заросшую аллею бывшего пионерлагеря «Сосновый бор» у реки Узолы. Двухэтажный деревянный корпус с широкой верандой смотрел на меня пустыми глазницами окон, в которых давно нет стёкол. Внутри — обрушившаяся лестница, осыпавшаяся штукатурка и тяжёлый, сладковатый запах гниющего дерева. Подписывайтесь на канал МАХ "Уйду в лес" Это место хранит несколько жизней. Сначала здесь был межколхозный дом отдыха. Потом — швейный цех, где шили варежки. Затем — золотая эпоха пионерлагеря, где каждое лето жили сотни детей...