От фантастики в искусстве до реальности в жизни

Окончание... – По настоящему безопасно жить в городе стало спустя десять лет с момента закладки первого камня. К этому времени все основные здания и сооружения были возведены, купол над городом был полностью закрыт. Температура стабилизировалась, воздух практически очистился от пыли, днём было светло, как когда-то, до ядерной катастрофы. Налаживался быт, жизнь входила в обычное русло. С появлением личного жилья вернулось и понятие частной собственности. Примерно в это время в городе появился и мой прадед Абрам Исаакович со своей женой и десятилетним сыном Савелием, моим дедом...

Продолжение. Наконец, мэр решил самолично разобраться в сложившейся ситуации и вызвал Степана к себе в кабинет. Друзья и соратники отговаривали Степана от визита к мэру, опасаясь за его безопасность, но он просил не беспокоиться за него. Составив список требований к мэру и правительству, возглавляемому им, Степан пришёл в приёмную мэра. Войдя в кабинет, он поздоровался и, не говоря более ни слова, протянул мэру листки с распечатанными на них требованиями и предложениями решения наболевших проблем городского общества...

Продолжение. – Хорошо, давайте тогда пока решим так, – предложил завклубом, – дело это серьёзное, надо взвесить все за и против, поэтому предлагаю тем, кто решится поддержать Степана, встретиться через неделю, только поймите меня правильно, не здесь, а в другом, более укромном месте, и продолжить разговор. Где и в какое время произойдёт встреча, узнавайте у меня или у Норайра. Спустя неделю на встрече, которая состоялась на одной из конспиративных квартир контрабандиста, был организован небольшой партизанский отряд под командованием Степана...

Продолжение. – Ты прости меня, Степан, за дурную весть, но нет у тебя уже ни жены, ни сынишки. Погибли они лютой смертью от рук нелюдей, по-другому я их назвать не могу… И помочь я им, увы, ничем не мог. Ты, ведь, даже попрощаться с ними и похоронить их не сможешь по-человечески. Скоро появятся могильщики, похоронят всех в общем кургане посреди поля. Пойдём со мной, поживёшь какое-то время вместе со мной, пока хоть немного не утихнет боль утраты. Одному тебе оставаться сейчас в таком положении никак нельзя...