Я - ДОМА! (Ольга К.)

Инна всегда считала себя человеком осторожным. В свои сорок два она не брала микрозаймов, не покупала технику в рассрочку и даже кредитную карту держала с нулевым лимитом. Работала она администратором в частной стоматологии, носила короткое каре на русых волосах, строгие однотонные блузки и имела привычку трижды проверять, выключен ли утюг. Коллеги иногда посмеивались над её осторожностью, а Инна только пожимала плечами: — Лучше пять минут потерять, чем потом месяцами разгребать. Поэтому просьба Ларисы застала её врасплох...

Тамара работала провизором в аптеке у метро. Тридцать два года, аккуратная стрижка каскадом средней длины, тонкие запястья, спокойное лицо человека, который за день выслушал про давление, бессонницу, скидки по карте и «а что-нибудь такое, чтоб сразу помогло». Дома она редко повышала голос. Не потому что была святой, а потому что после смены сил хватало только на чай, душ и проверку Настиной тетради. Семён, её муж, был банковским служащим. Тридцать пять лет, гладко выбрит, рубашки всегда выглажены, часы на руке не самые дорогие, но с видом «я понимаю рынок»...

Ирина любила порядок не фанатично, а по-человечески: чтобы отвертка лежала там, где ее можно найти, зимняя резина не падала на ноги, а в гараже оставалось место хотя бы для самой Ирины. Гараж достался ей вместе с квартирой в новом районе. Кирпичный, сухой, с нормальными воротами и полками, которые она сама выбирала в строительном магазине. На стене висел аккуратный органайзер с инструментами, у дальней стены стоял велосипед, рядом две канистры, домкрат и коробка с елочными игрушками. Ее брат Николай считал этот гараж почти чудом...

Полина Солнцева всегда говорила, что жизнь не спрашивает, готов ты или нет. Просто ставит перед тобой табуретку, ведро, кастрюлю, ребенка на руки, мужа у двери и говорит: живи. Больше шестидесяти лет назад она, девятнадцатилетняя выпускница медучилища, вышла замуж за Николая Солнцева. Ему только исполнилось двадцать. Из армии он вернулся крепким, худощавым, с прямой спиной и привычкой вставать раньше будильника. Слов говорил мало, зато любое обещание у него было тяжелым, как гайка в ладони: если сказал, значит сделает...