ХУРМАНГО

Прочитав в "вотсапе" очередное «Ок, я вас услышала», Аркадий поднялся и пошел разбираться. Бесило. Алина сидела под кондиционером, шаль на сутулых плечиках, очки скачут на дрожащем от холода носу, на столе платки и аспирин. Ругаться на нее стало жалко. - Ну Аль! – начал Аркадий как можно добродушнее. Алина вздрогнула и втянула шею в шаль. Аркадий дождался робкого взгляда и продолжил: - Ну какой-такой «услышала»? Ну мы же переписываемся! «Прочитала» – это понятно, а «услышала» - ну никак не к месту! Это прям у вас паразит какой-то у всех… - Бидите ли, Аркандий… - заговорила простуженная...

Игорь решился на свидание вслепую. Он сам от себя не ожидал. Новомодное приложение скачал по рекомендации коллег, которые просиживали там часами, перелистывая фотографии красоток. Приложение показывало девушек, живущих поблизости. И вдруг с одной из них возник контакт. Переписываться подолгу, видимо, сейчас не модно, и красотка на третьи сутки общения сама предложила встретиться и погулять. И вот Игорь стоит у метро после работы, терзает мятную жвачку и сильно нервничает. Еще и телефон садится. У Игоря давно не было женщины...

Виктор отнес покупки в багажник и возвращался с парковки обратно в торговый центр, когда в нем объявили эвакуацию. Сообщения об отмене тревоги он уже не слышал: оно звучало тише, а толпа, которая понеслась к выходам, наоборот, громко гудела и пиликала телефонами. Несмотря на призыв «покинуть здание торгового центра и отойти от него как можно дальше», он лез против потока обратно в магазин, где осталась Люся с детьми. Люся как раз слышала оба сообщения – и об эвакуации, и ее отмене. В торговом центре,...

Федя был сыном дуры. Он этого не понимал в свои 4 года, но тревогу за маму уже чувствовал. Жить было страшно, ее обижали на каждом шагу. В саду, в поликлинике, во дворе, везде, куда бы они ни пошли. Даже родная бабушка в собственном доме. Федя на всякий случай боялся всех – соседей, родителей товарищей по саду, охранников, кассиров, врачей, всех, кто обижал маму и ругался с ней, даже бабушку. Всех, кроме поваров. Но больше всего он боялся «алиментов»: произнося это слово, мама всегда раздражалась, начинала ругаться или плакать...

Настя перешивала одежду из секонд-хендов. Сначала ради забавы, потом уже за деньги. Копеечные тряпки покупала в подвале собственного дома и превращала в эксклюзив. Для объявлений нужны были фотографии вещей. Устав фотографировать себя айфоном в зеркале, она стала искать фотографа подешевле, и нашла Андрея. Он появился в квартире ее родителей в выходной, с чемоданом аппаратуры идвумя фотофонами. Настя встретила его в халатике и при полном мейкапе, как в клипе про лабутены. Фотосеты проводились каждые выходные...