HR Бизнес Эксперт

Декабрь в Петербурге. В четыре часа уже темно, на Невском мокрый снег, а в рабочем чате снова всплывает вопрос, от которого все прячут глаза: «Коллеги, что делаем на Новый год?» Варианты известны заранее. Ресторан, длинный стол, салаты, ведущий с микрофоном и конкурс, в котором бухгалтерию заставляют изображать оленей. К десяти вечера половина зала смотрит в телефоны, а вторая половина обсуждает квартальный отчёт. Утром в чате все пишут «было классно», и каждый немного врёт. А теперь представьте другой вечер...

В небольшой компании Новый год каждый раз начинается с одного и того же разговора. «Ну что, в этом году куда-нибудь идём?» — «Нас же семь человек. В ресторан? Сядем за один стол, поедим, разойдёмся». — «Может, тогда просто в офисе, с пиццей?» — «Мы и так каждую пятницу в офисе с пиццей». И праздник тихо превращается в ещё один рабочий вечер. Только с мандаринами. У большой компании есть зал, ведущий, музыка и толпа людей, среди которых всегда найдётся с кем поболтать. У команды из пяти, семи, десяти человек ничего этого нет...

Давайте честно. Как выглядит обычное приглашение на новогодний корпоратив? Приглашение — первое, что человек узнаёт о празднике. И если оно звучит как служебная записка, человек и ждёт от вечера служебной записки. Приходит из вежливости, садится с теми, с кем и так обедает каждый день, и около девяти начинает поглядывать на часы. Получается, что праздник проигрывает ещё до того, как начался. Просто потому, что никто не дал повода его ждать. Представьте, что в пятницу утром в рабочей почте появляется...

Есть один момент, который знает каждый, кто бывал на корпоративе с программой. Ведущий берёт микрофон, улыбается во все зубы и говорит: «А теперь нам нужны пять добровольцев!» И зал мгновенно погружается в изучение тарелок. Тост. Номер. Конкурс. Снова тост. Ведущий старается, артисты выкладываются, а гости вежливо хлопают и ждут, когда можно будет вернуться к разговору с соседом. Того самого соседа, с которым они и так сидят рядом каждый день. Через час выясняется странная вещь: на сцене трое, а зрителей — сорок...