Загадки Истории с Дмитрием Фёдоровым

Когда я изучал архивы и беседовал с потомками военнопленных, меня всегда поражала одна чудовищная деталь. Люди, прошедшие через ад концлагерей, мечтавшие о встрече с Родиной, не могли даже представить, что их ждёт. Они думали, что худшее позади. Но судьба приготовила им новое испытание, о котором стыдливо молчали десятилетиями. Помню, как дед моего друга рассказывал о своём возвращении из плена. Его глаза становились пустыми, когда он вспоминал весну 1945 года. Они радовались, видя советские танки...

Помню, как в 1991 году мой племянник примерялся к лету — мечтал попасть в «Артек», копил значки, готовился к конкурсу. А потом в один момент всё рухнуло. Путёвку так и не дали. Не потому что он чем-то не угодил, а потому что страны больше не существовало. Вместе с ней исчезла и целая система, которая делала детский отдых доступным практически каждому. Сегодня многие вспоминают советское прошлое с ностальгией, но мало кто задумывается о том, какой удар нанесли 90-е годы по самым беззащитным — по нашим детям...

Когда я впервые наткнулся на документы об этих экспериментах в архивах, то сначала не поверил собственным глазам. Казалось, что передо мной сценарий какого-то фантастического фильма, а не реальные научные отчёты 1920-х годов. Но нет — советские исследователи действительно пытались создать гибрид человека и обезьяны. И это не байка, а подтверждённый исторический факт, который долгие годы оставался под грифом секретности. Сегодня я расскажу вам о проекте, который шокировал бы даже современников — настолько невероятными были его цели и методы...

Когда я изучал историю Карибского кризиса, меня всегда поражал один факт: США и СССР едва не уничтожили друг друга из-за острова размером меньше Краснодарского края. Но чем больше я копался в документах и воспоминаниях той эпохи, тем яснее понимал — дело было вовсе не в размерах Кубы. Дело было в том, что этот остров стал символом противостояния двух систем, ключом к господству в Карибском бассейне и постоянной занозой в теле американской внешней политики. Сегодня расскажу вам, почему Штаты так...

Помню, как сосед дядя Коля стоял у подъезда с какой-то особенной гордостью. Рядом блестел новенький «Жигуль» — вишневая «шестерка». Я тогда спросил отца: «А почему мы не купим машину?». Он криво усмехнулся и ответил: «Купить-то можно, вот только ждать придется лет пять, а то и больше». Эти слова засели в моей голове навсегда. В Советском Союзе автомобиль был не просто средством передвижения. Это был символ достатка, знак того, что ты чего-то добился в жизни. Но путь к заветным четырем колесам напоминал марафон, где финишная лента постоянно отодвигалась все дальше и дальше...