Жизненные истории для вас

Я узнала об этом от соседки. Просто шла к машине, а она окликнула меня через забор: - Оксан, а ты знаешь, что твой батя дом в залог отдал? Я остановилась. В руках у меня был пакет с продуктами. Я приехала к отцу на выходные, как обычно...

Я всегда знала, что не смогу родить. Мне сказали об этом в двадцать пять, когда я лежала в больнице после неудачной операции. Врач сказал: «Марина, шансов почти нет». Я вышла из кабинета, села на лавочку в коридоре. Пахло хлоркой и чем-то кислым. Я просидела там два часа. А потом пошла домой. Игорь тогда сказал: «Ничего. Возьмём из детдома. Главное — чтобы мы были вместе». Но из детдома мы не взяли. Жизнь повернулась иначе. Даша появилась у нас, когда ей было полгода. Игорь принёс её на руках. Сказал: «Это моя дочь...

Соседка поймала меня у лифта в среду, когда я возвращалась с работы. Я даже не знала, как её зовут, — она переехала в квартиру напротив всего три дня назад. Она была крупной, в домашнем халате, с сеткой, из которой торчала связка лука. - Жанна, верно? — спросила она, перекрывая собой дверь лифта. - Верно. - А я Люба. Из тридцать четвёртой. Слушай, ты извини, что я так... прямо. Но я не могу молчать. Она посмотрела по сторонам, будто в подъезде были камеры. - Твой муж водит кого-то в квартиру. Когда ты на работе...

На похоронах свекрови я не проронила ни слезинки. Стояла во дворе их частного дома, держала мужа за руку, и смотрела, как соседи и родственники вытирают лица. Моей свекрови было всего пятьдесят семь. Она работала медсестрой в хирургии...

Люда умирала в марте. Ольга сидела у её постели, держала за руку — худую, с синими венами — и слушала, как подруга просит забрать Лизу. - Оля, - говорила Люда тихо. - Ты одна. У тебя никого нет. Возьми её. Ей шестнадцать. Она не пропадёт с тобой. Ольга кивала. Она не думала «да» или «нет». Просто кивала, потому что подруга умирала. Люда умерла через неделю. В среду, утром. Ольга узнала по телефону, стоя в очереди в поликлинике. Лиза переехала в апреле. Привезла две сумки и рюкзак. В рюкзаке лежали наушники, ноутбук и фотография матери — та, где Люда ещё здоровая, с длинными волосами...