Цикл «Русские слова, за которыми скрывается история», часть первая. На тюк наложили клеймо. Хозяин отсчитал монеты, не глядя, по счёту. Клеймо называлось тамгой. Место, где его ставили, звалось таможней. Позднее оба слова будут звучать так, будто всегда принадлежали русскому языку. Спросите любого: слово «деньги» русское? Ответ обычно один: конечно русское. Звучит оно совсем как своё, домашнее. И ложится в пословицы так, будто жило в языке всегда. До сих пор большинство говорящих на русском уверены: «деньги» исконное, доморощенное слово...
История с доставкой
Дмитрий победил Мамая на Куликовом поле. Через два года Москва была сожжена
Цикл «Куликово поле: победа, которая не освободила Русь», часть финальная. Триумф Дмитрия Донского на Куликовом поле в сентябре 1380 года принято считать финальной точкой ордынского владычества. Разгром Мамая вошёл в историческую память как день, когда Русь окончательно сбросила чужое ярмо. Это удобная версия для школьного учебника, но реальная хроника событий оказалась куда драматичнее. Победа на Дону не освободила Русь, а лишь расчистила дорогу новому врагу. Уничтожив Мамая, московское войско невольно помогло объединить Орду законному хану-чингизиду — Тохтамышу...
Что в Куликовской битве — правда, а что придумали больше века спустя
Цикл «Куликово поле: победа, которая не освободила Русь», часть четвёртая. Утром 8 сентября 1380 года у слияния Дона и Непрядвы сошлись русские и ордынские полки. Это сражение определило школьный канон отечественной истории: благословение Сергия Радонежского, поединок Пересвета и внезапный удар засадного полка из дубравы. Это цельная, красивая и безупречно кинематографичная картина. Но если заглянуть в первоисточники, канон начинает рассыпаться на глазах. Главные и самые зрелищные эпизоды Куликовской битвы появились в текстах не сразу...
Дмитрий собирал войско против Мамая. Двое его «союзников» к битве не пришли
Цикл «Куликово поле: победа, которая не освободила Русь», часть третья. Летом 1380 года против Москвы собиралась мощнейшая коалиция: ордынский правитель Мамай заручился поддержкой Литвы и Рязани. На бумаге удар трёх армий должен был стереть войско Дмитрия в порошок. Но когда наступил день решающей битвы, Мамай оказался на холме в полном одиночестве. Ни литовский князь Ягайло, ни рязанский князь Олег к месту битвы так и не подошли: оба застыли в стороне, и у каждого правителя была своя скрытая причина...
