Helen Hotel

Когда говорят, что Петербург возник «на пустом месте», это звучит красиво, но исторически неверно. До появления города Петра I здесь уже жили люди, проходили торговые пути, стояли крепости, деревни, монастыри и шведские укрепления. Будущая столица выросла не из болота, а на территории с долгой, сложной и почти приключенческой историей. Тысячу лет назад берега Невы выглядели совсем иначе. Река уже соединяла Ладожское озеро с Финским заливом, а её низкие берега были покрыты лесами, лугами и заболоченными участками...

Дом книги на Невском проспекте — одно из тех мест Петербурга, которые невозможно отделить от городского пейзажа. Угловое здание с узнаваемой башней и стеклянным глобусом давно стало не просто книжным магазином, а культурным ориентиром: здесь встречаются перед прогулкой, рассматривают витрины, ищут подарочные издания и наблюдают, как главный проспект города течёт мимо Казанского собора. Здание на углу Невского проспекта и канала Грибоедова построили в 1902–1904 годах для петербургского отделения американской компании Singer, выпускавшей швейные машины...

Петербург часто называют городом дворцов, парадных фасадов и широких проспектов. Но его настоящий повседневный характер во многом сформировали не императорские резиденции, а доходные дома, многоэтажные здания, созданные для того, чтобы приносить владельцу стабильную прибыль от аренды квартир, лавок, мастерских и контор. В конце XIX, начале XX века Петербург стремительно рос. В город приезжали чиновники, инженеры, студенты, торговцы, артисты, рабочие. Всем нужно было жильё, и домовладение превратилось в выгодный бизнес...

После революции 1917 года Петербург стремительно менял не только названия улиц и судьбы владельцев дворцов, но и внутреннюю жизнь своих домов. Особняки и доходные дома уплотняли, бывшие парадные спальни превращались в коммунальные квартиры, а роскошные гостиные — в общие кухни и коридоры. В этой суматохе многие семьи покидали город, не успевая увезти ценности, или намеренно прятали их в надежде однажды вернуться. Поэтому мысль о кладах в старых петербургских домах вовсе не кажется романтической фантазией...