Habr.com

Школьник собрал пушку Гаусса, которая прострелила хронограф насквозь Скорость снаряда замеряли китайским хронографом. Прожил он недолго: один из снарядов прошёл его насквозь. Прибор для замера скорости не пережил того, что замерял. Собрал эту штуку десятиклассник: пять разгонных катушек, заострённые отрезки гвоздей на вылет 52 м/с. В цепи ток может превышать 600 ампер. Дорожки на плате пришлось делать толстыми и заливать припоем, тиристоры брать на импульсные 1000+ ампер, потому что дешёвые китайские вылетали при первом включении. А считал катушки, мотал их вручную и подгонял под каждый конденсатор — всё в 10-11 классах, с преобразователем на 400 вольт, датчиками на ИК-светодиодах и расчётом в Femm 4.2.

Что творится внутри реактора: история радиационной разведки «Укрытия» 3 мая 1988-го одна из скважин наконец дошла до шахты 4-го блока. Первым делом решили потыкать, что там. Потыкали длинным щупом — и он вместо разрушенной кладки уткнулся в противоположную стенку. Пробурили новые скважины, просунули перископ с камерой. Шахта реактора была пуста. По расчётам внутри должно было остаться около 90% топлива. То есть где-то пропали 180 тонн ядерного топлива — и их предстояло срочно найти внутри разрушенного, зашкаливающего радиацией блока, куда до этого годами не могли даже заглянуть. Что там было раньше — измеряли термометрами на 220-метровой проволоке, трубами с датчиками на вертолётном тросе, роботами из детской игрушки. Один датчик показал 200000 Р/ч и упёрся в свой потолок. А топливо всё это время лежало не там, где его искали.

Исследователи из южнокорейского POSTECH собрали динамик MiPAL, который стреляет звуком в конкретного человека в комнате, не задевая соседей. Технология модулирует ультразвук слышимым сигналом, а два ультразвуковых пучка нелинейно взаимодействуют прямо в воздухе и собирают слышимый звук в нужной точке. Прежние системы такого типа требовали десятки, а то и сотни ультразвуковых излучателей с индивидуальной настройкой, отчего выходили дорогими и громоздкими. Упрощённые версии споткнулись о вибрирующую диафрагму, которая давала лишние колебания и сливала звук вбок, убивая направленность. В POSTECH засунули в один преобразователь сразу два метаматериала. Спереди стоит акустическая метаповерхность и работает звуковой линзой, вытягивая кривые фронты волн в узкий прямой пучок. Сзади сидят упругие метаэлементы и глушат паразитные колебания на определённых частотах. Фокус спереди, заслонка сзади. Одноэлементное устройство держит диапазон от 500 Гц до 10 кГц, больше четырёх октав слышимого спектра. В тесте, который имитировал салон самолёта, метаматериальные вставки заметно подтянули направленность, разводя объявления и музыку по отдельным пассажирам. Сами структуры печатаются на 3D-принтере и подгоняются под шаг кресел и углы наклона.

Аквалангист или скалолаз? Узнайте свой ИТ-архетип Кто-то закрывает сначала самые сложные таски и тонет в них до вечера. Кто-то — начинает с блокеров, от которых зависит вся команда. А кто-то декомпозирует задачу и обнаруживает внутри неё ещё 17 подзадач. За каждой рабочей привычкой прячется свой типаж — и у каждого своя ловушка. Ко Дню программиста мы вместе с экспертами Импульса Т1 собрали пять ИТ-архетипов: исследователь океана знаний, покоритель критичных задач, мастер командной работы, специалист по глубокому погружению и обладатель вечного двигателя. У каждого есть сильная сторона, которая при перегибе оборачивается против него. Осталось понять, какой архетип описывает ваш рабочий день точнее всего.

«Спустя год разработки приложения для изучения иностранных слов — я наконец нащупал его главную концепцию» Идея казалась законченной: встречаешь незнакомое слово в фильме или статье, кидаешь в приложение, AI готовит перевод, примеры, произношение — и вот тебе тренировка. Никакого фиксированного курса, собираешь словарь из того, что реально попадается в твоей жизни. Автор сам так учил языки и почти год считал, что это и есть весь продукт. А потом полез учить сербский. И механика встала. На английском слова приходили сами — кино, статьи. На сербском в словаре месяцами висели тридцать слов, и добавлять было нечего. Тут и дошло: приложение отлично делало всё после того, как ты принёс слово. А самое трудное — где его взять и что вообще стоит учить — оставляло тебе. Понять, что построил не то, — полдела. Дальше начинается вопрос, каким должно быть приложение, которое само знает, что тебе учить завтра.