Жужжащие истории

Некрасов написал про него хрестоматийное: «Скоро сам узнаешь в школе, как архангельский мужик по своей и Божьей воле стал разумен и велик». И всё чистая правда! Только по дороге к величию мужик успел показать профессору астрономии кукиш, обозвать академическое собрание мошенниками и пообещать одному из коллег поправить зубы. А ещё раньше он бил гостей соседа болванкой для париков (той самой деревяшкой, на которую парик надевают для просушки). А за всё это ему полагались плети и Сибирь. Причём вполне официально, по бумаге (приговор сохранился)...

Отдельный кабинет киевского ресторана. Шампанское, цыгане, компания гуляет вторые сутки (а по некоторым сведениям, и третьи). И тут великосветской даме приходит срок. Графиня Мария Тарновская родила сына прямо в ресторане, не покидая заведения и не прерывая кутежа (мальчика записали Василием, в честь отца). Матери его едва исполнилось двадцать. И это был, братцы, самый невинный эпизод её биографии! Дальше в ней появятся четверо мужчин, которых она переживёт. Полудевственница из Полтавы Начнём с родословной...

— Рабе Христов... дай мне калачика. Голос шёл снизу, из-под настила, и был совсем слабый. А стрелец стоял наверху с бердышом и молчал. Женщине, которая выпрашивала у него кусок хлеба, ещё недавно кланялась половина Москвы. Прислуги в её доме держали человек триста, крестьян за ней числилось восемь тысяч (и это не считая городских дворов). Звали её боярыня Феодосия Прокопьевна Морозова. Ни калача, ни сухаря стрелец ей не дал. И боялся он вовсе не греха. Восемь тысяч крестьян и триста человек дворни Начнём с высоты, с которой она падала...

— Съела чего, девка. Бывает! Мамка вытерла ей рот полотенцем и покосилась на дверь. А за дверью уже шептались, и шёпот был скверный: порченая. Марью Хлопову привезли в кремлёвские палаты полтора месяца назад, крест ей целовали как царице, а имя её поминали в церквях по всему государству (то есть о здоровье этой девицы молилась вся страна, от Вологды до Астрахани). И вот она стоит над лоханью. Дальше покатилось быстро: собрался Земский собор, вынес приговор из пяти слов, и шестнадцатилетнюю девицу увезли в Сибирь...