О многообразии форм

— То есть ты уже съехала от мужа? Я правильно понимаю? Мама смотрела на Маргариту так, словно та призналась в чем-то совершенно немыслимом. Отец сидел за столом, нахмурившись, и постукивал пальцами по клеенке. Маргарита только что сообщила родителям, что больше не живет с мужем, сняла комнату и переехала туда с сыном. — Уже съехала, — кивнула она. — В прошлые выходные. На неделе подала заявления на развод, на определение места пребывания ребенка с со мной и на алименты… На все сразу, в общем. — И все это время молчала? — Да...

— Ты представляешь, мам, папа Свете новый айфон купил! Оранжевый. Дочь влетела на кухню, сбросила рюкзак на стул и тут же начала рассказывать новости. Карина замерла с кружкой в руках. — Кому купил? — Свете. Ну своей девушке. Мне бабушка сказала. Еще они летом в Турцию поедут. И машину он новую взял. Белую. Девочка говорила совершенно без задней мысли. Просто делилась новостями. А у Карины внутри снова что-то неприятно кольнуло. Она уже давно заметила: стоит бывшей свекрови встретиться с внучкой, как домой обязательно прилетает очередная порция новостей о бывшем муже...

— Василиса, можно, я у вас сегодня переночую? Ну не могу я в той квартире одна! Мать стояла в прихожей бледная, взъерошенная, и умоляюще смотрела на дочь. — Мам, да что опять случилось? — устало спросила Василиса. — Я вышла в магазин вечером, хватилась – молока нет, утром не на чем кашу варить. Уходила – все было в порядке! Возвращаюсь – большой зонт лежит на полу поперек коридора… А в ванной, ты представляешь, свет горит! — И что тут ужасного, мам? Зонт упал с вешалки, веревочка оторвалась. А свет...

— Вадим, это что такое? Ольга зашла в комнату с телефоном мужа в руках и положила гаджет перед ним на стол. На телефоне был открыт мессенджер, а в нем – довольно фривольная переписка с их общей знакомой. — Что случилось? — муж поднял глаза от ноутбука и посмотрел на экран. Несколько секунд он молчал, а потом спросил с возмущением: — А зачем ты залезла в мой телефон? — Не переводи тему. Муж тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла. — Какую тему? Что ты хочешь узнать? Если ты хочешь спросить, не было ли у меня чего-то с Ириной, то...

— Степа, да что ж это такое! Иди сюда, помоги! Убери ее от меня! Кошка снова взялась непонятно откуда, когда Евгения несла тарелки на кухню. Пушистый комок бросился на нее из-за угла, и Женя снова почувствовала знакомое жжение в правой ноге. На белой коже моментально проступили две параллельные красные полосы. Кошка сидела на полу, сжавшись, как пружина, прижав уши, и смотрела на Евгению снизу вверх взглядом, полном неприязни. — Ну что ты опять начинаешь? — выглянул из комнаты Степан. Он сделал шаг, взял животное на руки...

— Люда, я тебе пятьсот рублей на продукты перевел, вот укладывайся в эту сумму, как хочешь. Больше не дам!.. Картошки купи, сметаны, куриные голени возьми, они дешевые, из всего этого отличный ужин можно сделать, еще и на пару дней хватит… Йогурты? Зачем? Пользы от них ноль, возьми лучше кефиру или ряженки какой-нибудь. Все, Люда, давай. Не забывай, мы экономим. Наша цель – своя квартира… Людмила стояла посреди супермаркета с телефоном в руках. Она нажала отбой и огляделась вокруг: не слышали ли окружающие ее разговор...

— Ксения, привет. Слушай, я сразу к делу, ладно? В общем, ситуация у меня складывается так, что я женюсь. И в связи с этим хочу тебе сказать – забирай Артема к себе. Теперь твоя очередь воспитывать сына. Ксения сначала даже не поняла, что именно услышала. Звонок от бывшего мужа сам по себе был событием: они не общались уже несколько лет, Ксения была у него во всех возможных черных списках. А тут вдруг позвонил сам, да еще с такими новостями. — В каком смысле — моя очередь? А ты что – все, наигрался? — Причем тут наигрался? Я просто тебе хочу напомнить, что он и твой сын тоже...

— Кир, ты только не обижайся, пожалуйста... Но не могла бы ты поговорить со своей Валентиной Павловной? — голос мамы в трубке звучал виновато, словно она собиралась просить прощения за что-то нехорошее. — Поговорить? О чем, мам? — не поняла Кира. — Ну... понимаешь… Она теперь каждую неделю звонит. И просится к нам на дачу!.. Нет, она хороший человек, я ничего не скажу. И даже не с пустыми руками приезжает. То пирог везет, то конфеты к чаю. Но дело в том, что как-то много ее стало… Нет, мы с отцом не против приглашать ее время от времени, раз в месяц, например...

— …То есть ты на полном серьезе считаешь, что вещи для твоего ребенка должна купить я? Включая коляску, кроватку, автокресло и что там еще? – переспросила сестру Таисия. Сестра сидела напротив нее за кухонным столом, помешивая чай. — Ну конечно, Тася, я считаю, что ты должна мне помочь. Рожать мне уже через три месяца, так что уже, думаю, можно начинать готовить приданное. Я дорогое не прошу, все понимаю, сейчас это все стоит больших денег. Давай будем брать что попроще. Можно даже не новое, с рук… — Соня, подожди...

— Лидусь, ну перестань, а? Ты в дом не успела войти, а уже начала парить мозг. Тебя на работе расстроили? Так мы с Дашей в этом не виноваты. Правда, дочь? Пятилетняя Даша даже не подняла головы от телефона, в котором что-то пело и играло. Муж тоже сидел за компом, только в наушниках, в отличие от дочки. Лидия только вошла в квартиру. Она стояла еще в пальто, с сумкой на плече, уставшая после рабочего дня. На столике рядом с Дашей стояла тарелка с макаронами и обкусанной сосиской. Перед мужем расположились несколько грязных чашек и какие-то огрызки...

— Катя, ты только представь! Большой стол вот здесь поставим, круглый. Под навесом. Можно даже большой шатер купить… Мангал новый привезем. Огород уберем, конечно, лужайку сделаем. Будем гостей приглашать! Песни петь, играть в настолки, жарить шашлыки, чай пить с вареньем. Как раньше было, при бабушке… Игнат стоял посреди заросшего участка и с таким воодушевлением размахивал руками, будто уже видел перед собой толпу счастливых гостей. Катя огляделась по сторонам. Покосившийся сарай, трава по пояс, облезлая беседка, которую давно пора сносить, а не ремонтировать...

— Да как вы могли вообще это устроить? Совести у вас нет! Я же вас по-человечески просила… На прошлой неделе только сороковины по отцу были, а вы уже пляшете вовсю. Это все твои родственники, Катя. Вот как вас назвать после такого?.. Катя молча смотрела на телефон, закусив губу. Ее сестра Марина сидела рядом и прекрасно слышала каждое слово, хотя на громкой связи гаджет не стоял. Голос Катиной свекрови звенел и прерывался. — Вы специально это сделали! Такое горе, а вы празднуете, шампанское пьете...