Городок

Сколько парадов было в моей жизни – начиная от первого в первом классе и кончая крайним автопробегом ... и все в Елатьме. (Почти все, кроме одного – когда я жила и работала по распределению в Петрозаводске). Автопробег удался, на видео впереди машин бегут спортсмены из спортшколы во главе с Андреем Умновым. С раннего детства отец выводил меня в праздник на площадь Ленина. А учась в школе, трижды в год мы проходили строем – с цветами, флагами и бумажными голубями: 1 мая, 9 мая, 7 ноября. Однажды,...

В юности, когда мы читали Михаила Анчарова ("Теория невероятности", и другие романтические повести), нам казалось, что 38 лет - уже старый. А потом выяснилось, что всё относительно, и возраст души всегда остаётся прежним. Есть, наверное, люди, которые родятся старыми. Но уверена, что большинство в душе остаются молодыми, даже если ворчат....

Как усмирить мне наглую Алису? Дома не было никого, и меня тоже. Возвращаюсь, музыка играет! И это не в первый раз - она когда хочет включается сама, даже ночью! Хорошо, что у меня нервы крепкие. Говорю ей: - Алиса, зачем ты включаешься, когда тебя не просят? Она: - Извините, я услышала голос. Что это значит вообще?)) На всякий случай я весь дом осмотрела - некому было с ней разговаривать, кота у меня нет. А в остальном в Елатьме всё на месте. То жизнь по-прежнему идет, Всё на своих кругом местах На белом свете...

В молодости мы зачитывались книгами Михаила Анчарова: «Теория невероятности», «Этот синий апрель», «Сода-солнце», «Золотой дождь». Я тогда дважды приобретала эту книгу, и помню, кто у меня её «зачитал» - лучшие друзья не вернули. Вроде, и у них тоже кто-то взял почитать и не вернул. Книг хороших не продавали свободно, как теперь. Да и теперь Анчарова не купить, мало его печатают. Не то, что Донцову. Выписать, наверное, можно, но это уже дорого и поезд ушел – надо это читать в молодости. Гуляла вечером по апрельской Елатьме – и вспомнила Анчарова «Этот синий апрель», и его балладу про апрель...