Global S - Эксперт по новостройкам Санкт - Петербурга

Как я боролся с домовым, или Эпопея с ремонтом Всё началось с того, что мой кран на кухне решил, что он — оперный певец. Он не просто капал, он издавал звуки, которые могли бы стать хитом в жанре «нойз-эмбиент». Каждые три секунды — «Кап!». Через паузу — «Блям!». И так круглосуточно. Я, как человек, выросший на советских мультфильмах, знал единственно верный рецепт: если техника шалит, её надо починить. Если не чинится — надо стукнуть. Если и это не помогает — значит, внутри завелась нечистая сила, и с ней нужно договориться...

Барсик сидел на подоконнике и смотрел на мир с высоты пятого этажа. Мир был полон голубей, которых нельзя поймать, и солнца, которое слишком ярко светило в левый глаз. Но больше всего Барсика раздражала не недосягаемость птиц, а звук, доносившийся из коридора. Это был звук пылесоса. *Вжжжжжж-уууу-вжжжжж*. Хозяйка съемной квартиры, тетя Люда, обладала уникальным талантом: она умудрялась включать пылесос ровно в тот момент, когда Барсик устраивался на послеобеденный сон. И ладно бы она просто пылесосила...

А потом люди начали говорить это страшное слово — «переезд». Сначала они ходили по комнатам, прикладывали ладони к стенам и вздыхали: «Тут просторнее… Тут окна на юг…» Я ходил за ними и думал: «А зачем? У нас и так всё было хорошо...

Вечер падал на город тяжёлым серым покрывалом, и в этой серости растворялся привычный мир Анны. Квартира, которая ещё месяц назад казалась уютным гнёздышком, теперь была полем битвы. Развод шёл тихо, без криков — хуже криков была эта ледяная вежливость, с которой они с Андреем делили шкафы, посуду, книги… и квадратные метры. — Это моя полка, — говорил он, указывая на верхнюю. — А это мои тарелки, — отвечала она, сжимая в руках стопку фарфора, будто это был щит. Но самое страшное ждало впереди — раздел недвижимости...