Спутницы истории.

История Харланда Сандерса звучит почти как американская притча. Только в ней было меньше рекламной улыбки, чем кажется. Он не родился богатым. Не получил раннего успеха. Не был молодым победителем, который в тридцать лет уже построил империю. Его отец умер рано, мать работала, и мальчику пришлось помогать по дому и готовить для семьи. Кухня вошла в его жизнь не как бизнес-идея, а как необходимость. Позже он сменил множество занятий: работал фермером, кондуктором, страховым агентом, управляющим заправкой, поваром при придорожном кафе...

Её муж называл себя графом Калиостро, лечил больных, вызывал духов, обещал тайное знание и уверял, что владеет древней мудростью Египта. Но рядом с ним почти всегда была женщина, без которой этот спектакль был бы куда менее убедительным. Лоренца Феличиани — красавица из бедного римского квартала, жена, сообщница, пленница и, возможно, последняя предательница великого авантюриста. Её муж называл себя графом Калиостро, лечил больных, вызывал духов, обещал древнюю мудрость Египта и уверял, что владеет тайнами, недоступными обычным людям...

Альфред Нобель так и не женился. У него не было детей, семейного дома и той спокойной личной жизни, которую принято желать человеку к старости. Но была София Гесс — женщина, с которой его связывали почти два десятилетия. Не высокая дружба, как с Бертой фон Зутнер. Не красивая легенда. А странная, денежная, неловкая и очень человеческая история. Когда говорят об Альфреде Нобеле, обычно вспоминают динамит, миллионы и премию его имени. Чуть реже — Берту фон Зутнер, женщину мира, с которой его связывал умственный и нравственный диалог...