Сережкины рассказы

История моя личная из моего детства. Очень добрая, кстати. Приехали мы в гости к бабушке в деревню. Да какая уж деревня? Пять домов осталось! Заняться сильно нечем, ребят - не было. Бабушка - занята своим хозяйством, а я слоняясь по двору, гонял пестрых кур и двух диких кошек, которые даже гладить себя не позволяли. Единственным моим другом, стал двухмесячный поросенок. Как его звали? Да просто – свинья! Как не странно, но он очень подходил своему имени. Эта хрюкающая скотина везде совала свой розовый нос, ломая и круша все вокруг...

Деревенские истории. По счастливой случайности в деревне удалось купить домик — небольшой, зато по сходной цене. Родители мои взялись за дело с небывалым рвением: мы копали, пахали, вырубали заросли и постепенно приводили участок в порядок. Присматривала за нашим огородом в наше отсутствие соседка — Марфа Степановна. Марфа Степановна была женщиной примечательной. В ней чувствовалась та самая крестьянская смекалка — не злая, не подлая, а просто хитроватая, с изюминкой. Внешностью она напоминала...

Это прямо таки чудесная история! Действительно, в педагогической (то есть образовательной и воспитательной) деятельности бывает так, что денег не жалко. Истории подписчиков. Долгое время наша кафедра находилась в составе одного уважаемого факультета, где при не менее уважаемом декане сложилась воспитательная парадигма, что "мы семья". Сам декан при разных обстоятельствах доставал кошелёк и выдавал студентам и сотрудникам деньги: то День факультета организовать, то помочь студенту, оказавшемуся в сложной ситуации, то вообще с похоронами родственников студента помочь...

Федя и бабушка Марфа: история одного благословения С утра на столе дымилась тёплая каша с молоком и маслом — ароматная, с золотистой пенкой. Федя, бесёнок с озорными глазами и небольшими рожками под спутанными волосами, уплетал за обе щёки: съел две миски, тщательно облизал ложку, а потом с хрустом разгрыз пару наливных яблок. Бабушка Марфа, сутулая, но бодрая старушка с добрыми морщинами вокруг глаз, долго собиралась с мыслями. Она поглядывала на Федю, вздыхала, теребила край фартука — и наконец решилась: — Надо бы в церкву сходить… Благословения попросить… Сегодня батюшка приезжает...

История звучит как старинная легенда, но всё произошло на самом деле — после тех событий почти все жители покинули родные дома, в которых жили поколениями, и перебрались в другие места. В той деревне когда‑то жил мужчина по имени Фёдор — замкнутый и с тяжёлым нравом. Жена его давно ушла из жизни, а родни не осталось вовсе. Односельчане сторонились Фёдора: шептались, что, несмотря на образованность, он помешался из‑за одиночества и связался с тёмными силами. Фёдор всегда носил одежду тёмных тонов...

Деревенские истории «Всё равно я тебя выживу! Всю жизнь ты мне испортил своей правильностью!» — эти слова, прошитые злобой, до сих пор звучат у меня в ушах. Публикуется вторично Когда‑то у меня была дача в Сосновке — тихое место, где время будто замедлило ход. Соседство там словно делилось на два мира, разделённых невидимой чертой. Первый мир — это тихие, степенные люди старой закалки: ветераны, бывшие инженеры, учителя. С ними царили мир и взаимовыручка. По вечерам из их домов доносились звуки старых пластинок — то вальс, то песня о море и ветре...

По соседству со мной живёт Виктор — в целом, мужик вроде бы нормальный. Но прошлым летом с ним что‑то случилось: словно переключатель в голове щёлкнул. Каждую пятницу и субботу его участок превращался в эпицентр шумного веселья — музыка гремела до рассвета, голоса и смех разносились по всей округе. — Виктор, может, всё‑таки потише? Ну или хотя бы днём веселитесь — так и вам комфортнее, и соседям спокойнее. В ответ услышал категоричное: — А что такого? У себя на участке имею полное право отдыхать как хочу — земля моя, что хочу, то и делаю! Короче разговора не получилось...

Семь долгих лет не наведывался в родные края Мишка. Когда он уходил в армию, родители были ещё живы. Но судьба распорядилась жестоко: вскоре после его отъезда мать скончалась, а следом за ней ушёл и отец. Отслужив положенный срок, Мишка решил остаться в части — возвращаться в опустевший дом не хотелось. Так бы он и продолжал службу, если бы не травма. Она не угрожала жизни, но поставила крест на дальнейшей военной карьере. После комиссования Михаил всё‑таки вернулся в свою деревню — не один, а с женой и маленькой девочкой...

Ничего не утаишь! Люди говорят! Какие люди? Кто из них? Деревенские истории. Моя родная деревня, стоит вдоль оживлённой дороги — мимо день и ночь едут машины, везут грузы, спешат люди. За деревней, если свернуть с тракта влево, прячется другая деревушка — всего несколько дворов. Заброшена она давно. Но там живут старожилы: Игнат Петрович, Марфа Семёновна и ещё пара семей. Они сознательно отказались от благ цивилизации: ни электричества, ни интернета — живут по старинке, как деды жили. Дальше, за...