Жанна Рыбкина. Вязание и рукоделие.

Есть в августе особенная, чуть звенящая тишина. Солнце уже не печёт с прежней яростью, а лишь мягко золотит макушки деревьев, и в этом свете вдруг начинаешь замечать первые паутинки, повисшие в воздухе. Совсем скоро бабье лето уступит место акварельной прозрачности осени, а пока, в эти драгоценные дни предвкушения, так хочется взять в руки крючок и клубок, чтобы создать что-то тёплое, нежное и по-настоящему уютное. Вдохновение приходит не из каприза, а из глубины сезона. Как говорил Осип Мандельштам: «В прозрачном лесу запредельного света Я слышу дыханье грядущих веков»...

«В саду горит костёр рябины красной, / Но никого не может он согреть...» Саша Чёрный Ещё только август. За окном — знойный полдень, и лёгкий ветерок едва колышет занавески, напоминая о летнем безделье. Но в воздухе уже угадывается та самая, едва уловимая сладкая нота перемен, которую так чутко ловят художники и поэты. Где-то в глубине парков начинает золотиться листва, а вечера становятся чуть длиннее и прохладнее. Природа ещё пылает, но в этом пылании уже чувствуется тихая грусть увядания, которая всегда так вдохновляла творцов Серебряного века...

Есть в мире вещей особая магия — магия фактуры. Когда узор не просто нанесён на ткань, а рождается из самой пряжи, переплетаясь с ней в единое целое. В холодные месяцы мы ищем в объёмных косах и аранах защиты и тепла, прячась в них, как в каменных стенах старинных замков. Но когда солнце начинает припекать, а воздух становится густым и тягучим, как мёд, рука так и тянется к спицам, чтобы сотворить нечто кружевное, невесомое, почти воздушное. Многие ошибочно полагают, что ажуры и косы — удел исключительно зимнего гардероба...