Фантазия букв

ранее Ночь в Чёрных скалах оказалась холодной и тревожной. Андрей продрог в своей лёгкой пижаме, хотя и прижимался спиной к камню, который днём казался тёплым, а теперь отдавал лишь скупое, быстро тающее тепло. Шурш заснул у него на ладони, свернувшись калачиком и укрывшись лепестком одуванчика, который носил как плащ. Хранитель колокольчиков тихо посапывал во сне, и Андрей боялся пошевелиться, чтобы не разбудить его. Небо над головой было необычным: вместо чёрного — густо-фиолетовое, с редкими крупными звёздами, которые мерцали не белым, а голубоватым и розоватым светом...

Начало Андрей и Шурш шли сквозь Хрустальный лес уже несколько часов. Вернее, шёл Андрей, а Шурш путешествовал у него на плече, то и дело вскрикивая и указывая то на необычную шишку под ногами, то на птицу с радужными перьями, пролетевшую над головой. Воздух становился всё теплее, хрустальные деревья поредели, и вскоре путники оказались на опушке. То, что открылось перед ними, заставило Андрея замереть и широко раскрыть глаза. До самого горизонта простиралась пустыня. Но это была не просто безжизненная...

Андрей проснулся оттого, что солнечный зайчик, пробившись сквозь щель в шторе, устроил у него на лице настоящую пляску. Мальчик зажмурился, перевернулся на другой бок и уже хотел снова провалиться в сон, как вдруг уловил странный шорох. Будто кто-то осторожно ворошит бумагу. Он приоткрыл один глаз. Комната была залита мягким утренним светом. На письменном столе стопкой лежали учебники, рядом — недопитый стакан с соком, оставленный с вечера. В углу, на ковре, валялся недостроенный замок из конструктора...

Это случилось обычным вечером, когда Вася и Кейт уже собирались ложиться спать. Воздух в комнате вдруг задрожал, замерцал, и перед ними возник странный силуэт — прозрачный, сотканный из света и тени одновременно. Он был похож на человека, но черты лица расплывались, будто смотрели сквозь толщу воды. — Василий, — голос звучал прямо в голове, минуя уши. — Я ждал этого момента много лет. Кейт вскочила, вскинув руки для заклинания, но Вася остановил её: — Постой. Я знаю этот голос. Призрак обрёл чёткость. И Вася увидел лицо, которое никогда не забывал, хоть и видел всего мгновение — в тот страшный день на трассе...

### Глава 1: Трон и скорость Прошло двадцать лет. Старый король Орман отошёл в мир иной, благословив перед смертью тех, кто сделал его королевство величайшим в известных землях. Трон опустел — но ненадолго. Совет старейшин, эльфийские кланы и правители соседних государств единогласно признали: только потомки Василия и Кейт достойны править новым миром. Те, в чьих жилах течёт кровь двух рас. Те, кто спас Пустошь и очистил кристаллы. Лиан стал королём. Аврора — командующей королевской стражи и главой разведки...

ранее Глава 1: Дети ветра Они родились в один день, но были такими разными, будто сама судьба решила разделить дары поровну. Лиан — мальчик с серебристыми волосами матери и внимательными серыми глазами отца. Он с детства возился в мастерской, разбирал механизмы, собирал их заново, мог часами сидеть над чертежами и однажды, в пять лет, собрал из обломков старых повозок самодвижущуюся игрушку, которая объехала вокруг тронного зала под изумлённые возгласы придворных. Аврора — девочка с огненным характером и зелёными, как весенняя листва, глазами...

Начало Глава 1: Встреча у последнего костра Они встретились на закате, у старого пограничного камня между землями герцога Ормана и Дикими Лесами. Василий возвращался из очередного рейда, когда увидел её. Девушка сидела на поваленном дереве, и вокруг неё танцевали маленькие огоньки. Она водила пальцем в воздухе, и искры послушно вились за ним, рисуя причудливые узоры. Вася замер. Искра и Гром, его верные ящеры, тоже остановились и уставились на светлячков. — Ты кто? — спросил он, спешиваясь. Девушка вздрогнула, огоньки погасли...

Пролог: Последний вираж Визг покрышек, рев двигателя, выхлоп, бьющий в лицо огненной струей, и мелькающие за зеркалом шлема деревья. Для Василия это была не просто гонка, это была симфония. «Король Бетонных Колец» — так его называли в прессе. Он был молод, дерзок и бессмертен. По крайней мере, так ему казалось. Трасса «Северная Петля» считалась коварной. Двойной изгиб перед прямой на скорости под триста — место, где пилоты становятся философами, потому что успевают подумать о вечности. Вася вошел в поворот идеально, но мелькнувшая тень в впереди заставила сделать маневр...