Фантаст с Пером

– Ты не можешь просто взять и уйти, Лера! Мы и так из-за тебя мучаемся, – голос отца был хриплым, в нем чувствовалась тяжесть не одной бутылки вина, выпитой этим вечером. – Почему… из-за меня? – Лера уставилась на него, не зная, что сказать. Всё внутри замерло, словно ждавшее неотвратимого удара. – Потому что ты разрушаешь эту семью. С самого начала, с самого твоего рождения. Лере было восемнадцать, но она давно чувствовала себя старше. Её родители не упускали возможности напомнить, какой обузой она была для них все эти годы...

– Мам, что ты здесь делаешь? – Марина замерла у порога. Мать её мужа, Людмила Сергеевна, стояла посреди комнаты, окружённая коробками. – Разве Саша не сказал? Я теперь буду жить с вами, – голос Людмилы Сергеевны был спокойным, словно она сообщала самую обыденную новость. Марина почувствовала, как лицо её заливает краска. Всё это казалось странным сном. Марина и Саша были вместе уже четыре года. Саша был хорошим, терпеливым мужем, с мягким голосом и тёплыми руками. Марине повезло. Всё, казалось бы, шло как по маслу: влюблённость, свадьба, ребёнок...

– Ты что, меня не любишь? – голос Лены дрожал, хотя она старалась скрыть это. Руки были ледяные, пальцы сцеплены так, что побелели костяшки. – Что? Конечно, люблю! – Иван нервно засмеялся, взъерошив волосы, как делал всегда, когда врал. – Что за глупости, Лен… Но жена уже знала: запах, который окутывал его рубашку – едва уловимый аромат лилий – ничего хорошего не сулил. Лена любила его как никого и никогда. Им было двадцать, когда они поженились. Учёба, работа – каждый день они виделись только на бегу, но с нетерпением ждали вечеров, чтобы заснуть рядом...

— Аня… Это я, Валера, — с едва слышимым выдохом раздалось в трубке. Я чуть не уронила телефон. Валера? Мой отчим, который исчез из нашей жизни много лет назад, звонит мне спустя… двадцать лет? Этот хриплый голос, неуверенный, растерянный, звучал совсем не так, как раньше. Нахлынули воспоминания, и руки вдруг начали дрожать. Я не хотела отвечать, но словно под гипнозом взяла трубку и слушала. Что мне вообще сказать? Зачем он сейчас в моей жизни? — Ну… привет, Валера, — слова вырвались неожиданно, с трудом, будто цеплялись за губы...

— Алёнка, ну ты посмотри на это безобразие, — сказала мама, входя в гостиную. Она взмахнула руками, указывая то на стены, то на окна. — И это называется «наследство»? Краска облупилась, углы потрескались, а на кухне фасады так и скрипят при каждом открывании! Алёна, в свежем платье и с лёгкой улыбкой на лице, которая вмиг увяла, украдкой взглянула на мужа. Виктор стоял рядом, старательно изображая интерес к стенам, но в его глазах плескалось явное недоумение. — Мам, — осторожно начала она, — мы с Витей планировали обустроить всё своими руками...

Михаил ещё только поставил кофе на стол, когда в дверях его офиса появилась Алина. Он поднял глаза и удивлённо посмотрел на неё. Она всегда была женщиной яркой, эффектной и, что уж там, слишком запоминающейся. Шелковистое платье, каблуки, звонкий смех, броский взгляд — всё в ней кричало о красоте, но и о каком-то холодном расчёте. Именно это когда-то и привлекло Михаила, но сейчас он всё больше жалел об этой мимолётной слабости. – Привет! – с лёгким кокетством сказала Алина, будто бы заходила просто поболтать, как старинная подруга...

— Таня, подай, пожалуйста, чайник. — Олег улыбнулся, но в глазах была усталость, смешанная с чем-то похожим на грусть. Он держал чашку перед собой, поглядывая на неё как-то странно, словно прощался с привычным уютом их кухни. Таня поставила перед ним чайник и молча села напротив, понимая, что разговор назрел, и она уже знает, о чём пойдёт речь. Последние несколько дней он возвращался с работы поздно, будто оттягивая момент объяснений. А сейчас вот сидит и теребит край своей чашки, словно пытается найти нужные слова...

— Игорь, ну… ты точно считаешь, что это хорошая идея? — Светлана смотрела на мужа, чувствуя, как сердце пропускает удары. Вот они сидят на кухне, где провели столько счастливых вечеров, обсуждая планы на будущее, а сейчас… сейчас в этом доме витает напряжение, будто кто-то натянул струну, которая готова вот-вот лопнуть. — Света, сколько можно об этом говорить? — Игорь устало потер переносицу, не скрывая раздражения. — Уже полгода прошло. Твой брат всё у нас брал “в долг” на квартиру, обещая, что вот-вот всё отдаст...

Татьяна давно забыла, что значит отдых. Городской ритм, нескончаемая работа и вечная суета оседали в её душе тяжёлым грузом. Когда жизнь стала похожа на застоявшееся болото, она продала квартиру и перебралась в этот дом у моря, оставшийся ей по наследству от отца. Это был тот редкий случай, когда собственное решение на всю жизнь ощущалось как вдохновение. Татьяна любила каждую деталь: чистое утреннее небо, волны, тихий шелест прибрежных трав, лёгкий ветер, и всё это безмолвное великолепие теперь было её домом...

– Где тебя носило?! Я что, один тут должен горбатиться? – голос Степана резанул, как ножом по стеклу, прямо с порога. Его слова ударили по нервам, заставив Нину вздрогнуть. Она только поднялась по лестнице, неся в обеих руках тяжелые пакеты с продуктами. Глаза беспокойно поблескивали, но губы были крепко сжаты. Она давно научилась, что если Степан уже завелся, лучше помалкивать. Это злило его еще больше, но с таким хотя бы можно было справиться. – Встретила соседку, пришлось остановиться… – тихо ответила Нина, стараясь придать голосу спокойствие, но внутри все сжалось...

Когда в дверь Катиной квартиры раздался настойчивый звонок, она знала, что это была мать. В душе появилась смесь беспокойства и раздражения. Ведь едва началась суббота — единственный её выходной. На мгновение Кате пришло в голову не открывать, но привычное чувство долга, как цепь, удерживало её на месте. Она подошла к двери и повернула ключ. — Доброе утро, доченька, — с ходу начала мать, оглядывая Катину квартиру, словно оценивая уровень достатка. — У тебя ведь есть время? Мне нужно в магазин. Катя понимала, что возражения не помогут...

— Ты просто не понимаешь, что я встретил любовь, — Максим стоял перед Юлей, нервно отводя взгляд. — Я не хочу тебя больше обманывать. — И что, вот так просто? — Юля с трудом сдерживала слёзы. — После всего, что у нас было? — Да. Прости, — он чуть дёрнулся, но остался стоять. — Это не значит, что у нас всё было зря, но… — Но что? — оборвала она, стараясь удержать последние остатки достоинства. — Поняла. Иди к своей новой любви. *** Максим и Юля были вместе с института. Ребята шутливо называли их «вечной парой»: спокойные, уравновешенные, всегда поддерживающие друг друга...