Елена Матвеева

Эту историю я услышала случайно. Обычный вечер после работы: полупустой офис, гудят компьютеры, кто‑то допивает остывший чай из пластикового стаканчика. Все спешили домой — к семьям, к ужину, к сериалам. И только Сергей (имя изменено) не торопился. Он ходил от окна к столу, потом вдруг остановился и тихо сказал: — Можно я с вами поговорю… просто как с человеком? В его голосе было что‑то такое, что я сразу поняла — разговор будет не про работу. Мы остались вдвоём в пустом кабинете. И он рассказал историю, которую, как оказалось, носил в себе уже несколько месяцев...

Этот вопрос я слышала не раз: «Коров почти не видно, деревни пустеют, а молока и йогуртов в магазинах всё больше. Откуда всё это?» Недавно мне довелось поговорить с мужчиной, который 12 лет проработал на крупном молочном заводе. Без громких сенсаций. Но после его рассказа я стала совсем по‑другому смотреть на полки с «натуральным молоком». Делюсь тем, что узнала. По словам бывшего работника, домашние хозяйства дают лишь небольшую часть сырья. Основной объём — это крупные молочные комплексы. Там: Одна такая ферма может давать больше молока, чем целый район из частных хозяйств...

Я зашла в торговый центр за мелочами — купить подарок племяннице и забрать заказ из пункта выдачи. Обычный день. Обычное настроение. Обычная жизнь. Я как раз поднималась на второй этаж, когда заметила знакомую походку. Сначала даже не поверила. Потом увидела профиль. И сомнений не осталось. Это был Сергей. Мой муж. А рядом с ним — молодая девушка. Светлые волосы, тонкая талия, короткое пальто. Они стояли у ювелирного магазина. И вместе наклонились над витриной. Первая мысль была глупой и спасительной: Может, коллега? Может, по работе? Но Сергей не работает в ювелирке...

Белые вещи — это красиво только в магазине. Дома они очень быстро превращаются в «непонятно что»: вроде чистые, но серые. Вроде постираны, но запах не свежий, а какой‑то пыльный. Я перепробовала всё: дорогие порошки, капсулы, отбеливатели, народные средства, кипячение (да, было и такое). Результат — временный. Пока однажды не подсказали способ, которым пользуются старые хозяйки и работники прачечных. Сначала не поверила. А потом попробовала. Теперь делаю так регулярно — и белые вещи выглядят реально как новые...

Я думала, ты мне бесплатно сошьёшь платье. А за деньги я и в магазине могу купить... Эту фразу я услышала от подруги. Человека, с которым мы дружили больше десяти лет. И после неё наши отношения уже не стали прежними. Я шью. Не в промышленных масштабах, не как фабрика, а на заказ: платья, юбки, иногда пальто. Училась долго, вкладывалась в оборудование, ткани, курсы. Для меня это не «хобби по вечерам», а настоящая работа. Подруга знала об этом прекрасно. Она видела, как я ночами сижу за машинкой, как переживаю за каждого клиента, как переделываю, если что-то не так...

Год назад я оказалась на турецкой свадьбе. Ехала туда с наивной уверенностью, что будет примерно как у нас: немного конкурсов, немного криков «Горько!», салаты в тазиках, и тётя, которая к концу вечера обязательно скажет правду про всех. Как же я ошибалась… Это было не торжество. Это было стихийное бедствие с музыкой. Рассказываю по порядку. Мы отдыхали в небольшом отеле в Турции. Подружились с хозяином — добродушный мужчина лет пятидесяти, который кормил нас арбузами и называл «моя русская семья»...

Автобус дёрнулся на светофоре, и Света машинально посмотрела в окно. Она уже думала о том, что приготовить на ужин, и вспоминала, просил ли Игорь купить хлеб. И вдруг сердце будто кто‑то сжал в кулак. У обочины стояла знакомая тёмно‑синяя машина. Его машина… Света прижалась лбом к стеклу. Из водительской двери вышел Игорь. Её Игорь. А с пассажирского сиденья — высокая блондинка в светлом пальто. Он что‑то сказал ей, она рассмеялась, взяла его под руку… и они пошли в сторону торгового центра. В обнимку...

Подругу мою зовут Катя. Ей тридцать два, работает бухгалтером, спокойная, без истерик и показухи. С мужчинами всегда была аккуратной — не из тех, кто бежит в омут с головой. С Денисом она познакомилась в приложении для знакомств. Переписывались две недели. Он был вежливым, писал грамотно, шутил, интересовался её работой, родителями, мечтами. А потом пригласил в ресторан. — Нормальное место, не столовка, — сказал. — Посидим, познакомимся вживую. Катя переживала, но пошла. Ресторан оказался уютным...

Рассказала подруга, я вам пересказываю, что было... Когда Антон пригласил меня на свой день рождения, я даже обрадовалась. — Будут только свои: мама, тётя, пара друзей, — сказал он. — Хочу, чтобы ты была рядом. Я переживала. Всё‑таки знакомство с семьёй — шаг серьёзный. Купила торт из хорошей кондитерской, выбрала платье поскромнее, чтобы не выглядеть вызывающе, и приехала заранее помочь накрыть на стол. Дверь открыла его мама — Валентина Петровна. Окинула меня быстрым взглядом с головы до ног и сухо произнесла: — Проходи...

Иногда один подарок может разрушить иллюзии о семье. А иногда — открыть глаза на человека, с которым ты живёшь много лет. Со мной произошло и то, и другое. В один день. Бабушке моего мужа — 82 года. Невысокая, сухонькая, всегда аккуратно причёсанная. Из тех женщин, которые говорят мало, но замечают всё. За все годы она ни разу не вмешивалась в наши отношения. Ни советов, ни упрёков, ни жалоб. По крайней мере, я так думала. В тот день мы заехали к ней без повода — просто проведать. Муж торопился, постоянно смотрел на часы, нервничал...

-Мам, ты чего такая серьёзная? — Игорь только успел снять куртку, а его мать уже стояла посреди комнаты, сложив руки на груди. — Я всё решила, — отчеканила она. — Вам так будет выгоднее. Я замерла с чайником в руках. — В каком смысле — выгоднее? — осторожно спросила я. — В самом прямом. Вы переезжаете ко мне. А эту квартиру сдаём. Деньги — в семейный бюджет. Всё логично. Она сказала это таким тоном, будто речь шла о перестановке мебели. — Подождите… — я поставила чайник на стол. — Это вообще-то наша квартира...

Когда я сказала подруге, что у меня появился мужчина младше меня на двадцать лет, она долго молчала. — Ты серьёзно? — Абсолютно. — Лен… ты смелая. Я тогда только усмехнулась. Мне было хорошо. Спокойно. Легко. С Антоном не нужно было притворяться моложе, умнее, интереснее. Он принимал меня такой, какая я есть. Или мне так казалось. — В субботу у Димки день рождения, — сказал он как-то вечером. — Пойдём со мной? Я замялась. — Там же все твои ровесники… — Ну и что? Ты же у меня самая классная. Это «самая классная» меня и убедило...