Елена Грешнова | Рассказы

— Игорь давно понял, какая ты расчетливая стерва. За месяц до своей гибели он оформил дарственную на свою долю на мое имя. А поскольку первоначальный взнос он делал якобы из своих личных накоплений, мы оспорили и твою долю. Документы у меня. Так что теперь ты живешь на моей территории. Время пошло. *** Жизнь Юлии всегда напоминала идеально систематизированный архив. Каждое событие, каждая эмоция и план имели свою мысленную папку, строгий номенклатурный номер и четко определенное место на полке ее судьбы...

— Я хотела, чтобы они подняли бокал за успех человека, в которого они верили и которого приняли как родного сына. Но их здесь нет. И знаете почему? *** Оксана смотрела на себя в большое зеркало, встроенное в дверцу шкафа, и не узнавала собственное отражение. На нее смотрела ухоженная, стильно одетая молодая женщина с идеальной укладкой и безупречным макияжем, но в глазах этой женщины застыла такая глубокая, глухая тоска, что хотелось завыть. Сегодня они с Эдуардом должны были отмечать пятилетие совместной жизни — первый серьезный юбилей их брака...

— Инесса, ты главное не торопись, — говорил муж, целуя ее в щеку на пороге. — Такое событие! Проникнись атмосферой офиса, погуляй. Я тут справлюсь, не переживай. *** Инесса привыкла к тому, что ее жизнь — это результат четкого планирования и железной дисциплины. В тридцать два года она выглядела женщиной, которая точно знает цену каждой минуте своего времени. У нее была прямая осанка, спокойный, чуть ироничный взгляд и привычка доводить любое дело до абсолютного совершенства. В айти-сфере, где изменения...

— Привет. Дети готовы? — спросил он, даже не глядя на Яну. — Мы сегодня едем в парк рептилий. Собери им с собой перекус, я не собираюсь там покупать еду втридорога. *** Яна привыкла к тому, что ее жизнь состоит из цифр, таблиц и строгих алгоритмов. Работая главным бухгалтером в крупной компании, занимающейся оптовыми поставками строительных материалов, она каждый день имела дело с дебетом, кредитом, актами сверок и налоговыми декларациями. Цифры были ее стихией. Они никогда не лгали, не предавали, не пытались выкрутиться из неловкой ситуации...

— Денис, ты чего? Ты из-за какого-то бисквита на родную сестру орать будешь? Жена накрутила? *** Ольга привыкла к тому, что ее жизнь — это четко выверенный алгоритм, в котором нет места случайностям. Долгие годы она трудилась в офисе крупной торговой компании, перекладывая стопки накладных и составляя бесконечные отчеты. Ее рабочее место напоминало стерильную капсулу: монитор, органайзер, стопка стикеров. Но этот налаженный механизм дал серьезный сбой, когда ее маленький сын Ваня пошел в детский сад...

— «Услуги повара и кондитера за 10 лет», — прочитала Светлана вслух. — Я взяла среднюю стоимость вызова повара на дом. Три ужина в неделю, завтраки ежедневно. С учетом того, что ты предпочитал ресторанную подачу и фермерские продукты, я сделала скидку за «опт». Далее: «Услуги клининга». Генеральная уборка раз в неделю, поддерживающая — ежедневно. Мытье окон, глажка твоих сорочек — ты ведь никогда не надевал рубашку, если на рукаве была хоть одна складка. *** Светлана медленно помешивала сахар в чашке...

— Красивое кольцо, Маргарита, — ядовито заметила Анна. — Сто двадцать тысяч, белое золото. Жаль только, что мозгов в комплекте не продают. *** Анна аккуратно провела подушечками пальцев по гладкой поверхности старинного дубового комода. Дерево, очищенное от многолетних слоев темного лака, дышало теплом и благородством. Реставрация старой мебели была для Ани не просто увлечением, а настоящей отдушиной, медитацией, позволяющей отключиться от бесконечной суеты. Зачистка наждачной бумагой, подбор морилки, полировка — в этих методичных действиях крылась особая магия...

— Даша, я все осознал. Правда. Эта Алина... она оказалась просто меркантильной дрянью. Ей нужны были только деньги, которых у меня не было. *** Дарья аккуратно выровняла стопку картонных папок на своем просторном рабочем столе. Угол к углу, миллиметр к миллиметру. В ее царстве, ограниченном приемной генерального директора крупной торговой компании, всегда царил абсолютный, безупречный порядок. Работа секретарем требовала не просто исполнительности, а виртуозного умения держать в голове тысячи мелочей, от которых зависело бесперебойное функционирование всего огромного офиса...

— Да кому ты нужна со своими закидонами?! Думаешь, выставишь меня, и за тобой очередь выстроится?! Да никакой другой мужик в твою сторону даже не посмотрит! Ты без меня пропадешь, слышишь?! Приползешь еще на коленях, умолять будешь, чтобы я вернулся! *** Ирина аккуратно провела ладонью по гладкой поверхности плотного изумрудного шелка. Ткань струилась сквозь пальцы, отзываясь на каждое движение легким, едва уловимым шорохом. На большом раскройном столе, который занимал добрую половину комнаты в ее квартире, лежали лекала нового пиджака...

— Юля, послушай, ты все не так поняла! Это была просто шутка! Мы ничего такого не планировали! Мама правда просто хотела пожить с нами... *** Юля перевернула последнюю страницу пухлой папки, аккуратно выровняла края листов и скрепила их массивным степлером...

— Лена, ну как же так можно! — громко возмутилась она, с укоризной глядя на коллегу. — Это же твой папа! Каким бы он ни был, нужно иметь сострадание. *** Елена привыкла к тому, что ее жизнь подчиняется строгим, незыблемым правилам. В ее мире не было места хаосу, внезапным сюрпризам или непредсказуемым эмоциям. В свои двадцать восемь лет она занимала должность ведущего менеджера по оптовым продажам в крупной строительной фирме. Ее рабочие будни проходили среди суровых мужчин в спецовках, руководителей строительных бригад и снабженцев...

— Оля, я пришла задать тебе один вопрос. Стоило ли оно того? Стоил ли этот фарс, эти декорации и эта мишура того, чтобы тайком пробираться в мою спальню и обворовывать собственную мать? *** Светлана Ивановна привыкла к тому, что в мире все подчиняется строгим законам. Физика, которую она преподавала в школе вот уже тридцать лет, не терпела хаоса, двусмысленности или предательства. Сила действия всегда была равна силе противодействия. Энергия ниоткуда не бралась и никуда не исчезала. Эти незыблемые истины дарили Светлане Ивановне чувство глубокого покоя...