Елена Грешнова | Рассказы

— Юля, послушай, ты все не так поняла! Это была просто шутка! Мы ничего такого не планировали! Мама правда просто хотела пожить с нами... *** Юля перевернула последнюю страницу пухлой папки, аккуратно выровняла края листов и скрепила их массивным степлером...

— Лена, ну как же так можно! — громко возмутилась она, с укоризной глядя на коллегу. — Это же твой папа! Каким бы он ни был, нужно иметь сострадание. *** Елена привыкла к тому, что ее жизнь подчиняется строгим, незыблемым правилам. В ее мире не было места хаосу, внезапным сюрпризам или непредсказуемым эмоциям. В свои двадцать восемь лет она занимала должность ведущего менеджера по оптовым продажам в крупной строительной фирме. Ее рабочие будни проходили среди суровых мужчин в спецовках, руководителей строительных бригад и снабженцев...

— Оля, я пришла задать тебе один вопрос. Стоило ли оно того? Стоил ли этот фарс, эти декорации и эта мишура того, чтобы тайком пробираться в мою спальню и обворовывать собственную мать? *** Светлана Ивановна привыкла к тому, что в мире все подчиняется строгим законам. Физика, которую она преподавала в школе вот уже тридцать лет, не терпела хаоса, двусмысленности или предательства. Сила действия всегда была равна силе противодействия. Энергия ниоткуда не бралась и никуда не исчезала. Эти незыблемые истины дарили Светлане Ивановне чувство глубокого покоя...

— Ой, только давай без этих твоих истерик, Олесечка. Я делаю великое дело для нашей семьи. Старую халупу твоего деда мы снесем на следующей неделе. На этом месте будет стоять нормальный, добротный двухэтажный дом из кирпича. С гаражом и террасой. Я уже проект утвердила и аванс ребятам заплатила. *** Монотонный гул аппарата для пересчета купюр действовал на Олесю успокаивающе. Она ловко выровняла пачку документов, поставила нужные штампы и с дежурной, но искренней улыбкой протянула клиенту квитанцию...

— Телевизор и диван можешь забирать прямо сейчас. Вызывай грузчиков, я не против, — ее голос звучал холодно и уверенно. — А вот насчет половины квартиры тебе придется закатать губу обратно. *** Крошечный пациент тихо посапывал в специальном кювезе, опутанный тонкими проводками датчиков. Александра стояла рядом, внимательно изучая показатели на мониторе. Цифры светились ровным зеленым светом, пульс был стабильным. Женщина устало, но с огромным облегчением выдохнула. Выходили. Еще одна маленькая жизнь была в безопасности...

— Надя, ну чего ты кричишь? Во-первых, супа там было не пять литров, я всего три тарелки съел, остальное, видимо, выкипело. Курица вообще была мелкая, одни кости. Котлеты... ну я пару штук с хлебом перехватил, пока сериал смотрел, они как-то сами незаметно ушли. А блинчики такие вкусные были, я с чаем увлекся. Я же говорил тебе, у меня сильнейший стресс! Когда я нервничаю, у меня просыпается аппетит. *** Надежда стояла у кухонного стола и методично нарезала свежий укроп. Острый нож ритмично стучал по деревянной разделочной доске, а по просторной кухне разносился невероятно аппетитный аромат...

— Не кричи на меня, девочка! — тут же повысила голос свекровь, принимая воинственную позу. — Да, выбросила! Я давно говорила, что от этого силоса одна грязь в доме! Я сегодня пришла, посмотрела на этот ужас... Пыль на листьях, земля какая-то рассыпанная... Тьфу! Взяла большие мусорные мешки, все туда сгрузила и отнесла на улицу. Теперь посмотри, как светло стало! Как просторно! Квартира задышала! *** Строгие колонки цифр на мониторе выстраивались в безупречные, логичные ряды. Мария сидела за своим просторным рабочим столом, погруженная в сложнейший сводный отчет...

— Да замолчи ты! — взвился деверь, краснея от злости. — Кто ты такая, чтобы меня отчитывать? А ты, Сереж, позволяешь своей жене так со мной разговаривать? Из-за каких-то тряпок и досок? *** Утреннее солнце щедро заливало просторную террасу недостроенного дома, играя золотистыми бликами на еще не оштукатуренных стенах. Анастасия сидела за массивным деревянным столом, который ее муж сколотил на скорую руку из обрезков досок, и сосредоточенно смотрела в монитор ноутбука. Легкий морской бриз шевелил непослушные русые пряди, принося с собой солоноватый запах водорослей и свободы...

— Открой глаза, мама! Лера бросила нас три года назад! Она променяла семью на деньги и красивые картинки! Она ни разу не приехала, когда отец лежал в больнице! Ей плевать на тебя, плевать на меня и плевать на этот шкаф с тряпками! *** Полумрак небольшого кабинета был для Юлии самым привычным и комфортным местом на земле. Гудел системный блок мощного аппарата, мерцал монитор, на котором в черно-белых тонах разворачивались скрытые от обычного глаза тайны человеческого организма. Воздух едва уловимо пах медицинским гелем и антисептиком...

— Квартиру я оставляю вам. Так сказать, для дочери, — благородно добавил Дмитрий, всем своим видом демонстрируя невероятную щедрость. — Я не монстр, чтобы выгонять вас на улицу. Живите. А я начну все с чистого листа. Прощай, Лариса. Не поминай лихом. *** Влажная глина податливо скользила между пальцев, принимая форму идеальной, гладкой чаши. Гончарный круг мерно гудел, задавая ритм, который обычно приносил Ларисе абсолютное умиротворение. Работа с керамикой, создание авторской посуды, давно переросла...

— А при том, милочка, что ты с младенцем сама не справишься! Женя на работе целыми днями. Я переезжаю к вам. Буду жить в этой комнате, помогать с внуком. Не в этих же белых стенах мне ютиться! Я уже и диванчик свой старый велела перевезти, завтра грузчики будут. Так что привыкай к нормальному дизайну. *** Оксана с ювелирной точностью опустила крошечный пинцет в узкое горлышко стеклянной колбы. На самом дне, на подушке из специального грунта и древесного угля, лежал бархатистый лоскуток зеленого мха...

— Риточка, ну пожалуйста, — Вадим виновато заморгал. — Это же всего на пару месяцев. Мама так просит. Алина тихая, ты ее даже не заметишь. Она будет целыми днями по собеседованиям бегать. Ну не могу же я отказать родной сестре! *** Тонкая фреза с алмазным напылением мягко, едва касаясь кожи, скользила вдоль кутикулы. Рита работала с ювелирной точностью, почти не дыша, чтобы одно неверное движение не испортило идеальную архитектуру ногтя. Жужжание аппарата и легкий шелест мощной вытяжки, поглощающей мельчайшую пыль, сливались для нее в привычную, почти медитативную симфонию...