Елена Грешнова | Рассказы

— Заткнись, — прошипел он. — Я глава семьи, и я принимаю финансовые решения. Деньги были на моем счету, значит, я имел полное право ими распоряжаться. И запомни: машина куплена в браке. Это наше совместно нажитое имущество. *** Алина сделала глубокий вдох, на секунду прикрыла глаза и нажала кнопку на гарнитуре, принимая очередной звонок. Экран рабочего монитора мигнул, высвечивая карточку клиента. — Добрый день, меня зовут Алина, я менеджер образовательной платформы, — ее голос зазвучал мягко, уверенно и профессионально...

— Вот именно для этого ты и купила себе дорогущие сапоги! — рявкнул из кухни Антон. — Надевай их и ходи пешком. Для здоровья полезно. А про машину забудь. Я не позволю транжирить деньги на твои капризы. Повысили ее, видите ли. Начальница выискалась. *** Осень в этом году выдалась на редкость промозглой. Холодный, пронизывающий ветер безжалостно срывал с деревьев последние пожелтевшие листья и бросал их прямо под ноги прохожим, спешащим укрыться в теплых подъездах и светящихся витринах магазинов....

— Мариша, это просто формальность, честное слово. Нотариус мой знакомый, он все подготовил, там стандартный бланк. Подпиши, спаси меня от банкротства! *** Марина аккуратно, затаив дыхание, снимала тонкий слой влажной глины с застывшего гипсового панно. Острый профессиональный скальпель в ее руках ювелирно подцеплял мельчайшие кусочки, освобождая от серого плена хрупкий, детализированный отпечаток листа папоротника и россыпи полевых трав. Создание ботанических барельефов требовало феноменального терпения, точности и абсолютного спокойствия...

— Вечно у тебя отговорки! Зубы — это не болезнь! Все дети через это проходят! Ты просто настраиваешь себя и меня против моей семьи! Мама плакала сегодня, у нее опять давление подскочило из-за твоей черствости! *** Серый утренний свет едва пробивался сквозь плотные шторы, когда Лариса в очередной раз открыла глаза. Кажется, она успела провалиться в тревожный, поверхностный сон всего на двадцать минут. В кроватке, стоящей вплотную к родительской постели, завозилась и тихонько захныкала маленькая Ева...

— Ой, да ладно тебе прибедняться, Юль! Какая у тебя там работа? Ты все равно сидишь дома целыми днями. Кнопочки на ноутбуке нажимаешь, картинки в интернете смотришь. *** Юля сидела за широким дубовым столом, осторожно ведя роликовым стеклорезом по гладкой поверхности кобальтового стекла. Раздался тихий, приятный хруст, и по линии реза побежала едва заметная трещина. Девушка взяла специальные щипцы, аккуратно надавила, и кусок стекла идеально распался надвое. Создание витражей в технике Тиффани было для нее не просто увлечением, а способом медитации, личной терапией...

— Твоя сестра живет у нас уже десять дней. Десять! Ремонтом в ее квартире даже не пахнет, потому что она целыми днями либо спит, либо смотрит сериалы, либо разговаривает по телефону! Она берет мои вещи, ест мою еду и ведет себя так, словно она здесь хозяйка, а я — раздражающая прислуга! *** Марина аккуратно, с помощью тончайшей стеклянной пипетки, добавила каплю абсолюта дубового мха в базовую смесь. Густая, темная жидкость медленно растворилась в золотистом масле, меняя не только цвет будущей композиции, но и ее характер...

— Я сказал — нет! — резко отрезал муж. — Мне эти проблемы не нужны. Тебе надо — ты и покупай. А я в эти игры с банками не играю. Меня устраивает аренда. Я свободный человек, хочу — здесь живу, хочу — завтра в другой район перееду. *** Запах свежей типографской краски, чуть уловимый аромат ванили от кофейного автомата в углу и тихое шуршание страниц — для Оли этот мир был самым уютным местом на земле. Она обожала свою работу. Небольшой, но удивительно атмосферный книжный магазин в центре города стал для нее настоящим местом силы...

— Да какое имущество! Это макулатура! — возмутилась мать, чувствуя, что ситуация выходит из-под контроля. — Я же для вас старалась! Я вам здоровье сберегла! Вы должны мне спасибо сказать! *** Для Елены эта библиотека была не просто собранием печатных изданий. Это было ее убежище, ее тихая гавань, ее связь с прошлым и портал в тысячи других миров. Огромные, сделанные на заказ стеллажи из темного дерева занимали всю стену в просторной гостиной. Они тянулись от самого светлого паркета до белоснежного потолка...

— Все играешь в великого архитектора? — бросал он, проходя мимо. — Моя жена не должна сидеть ночами и рисовать диванчики для сомнительных клиентов за копейки. *** Экран монитора светился мягким, ровным светом, выхватывая из полумрака комнаты сосредоточенное лицо Елены. Ее пальцы быстро и уверенно порхали по клавиатуре, вводя горячие клавиши в программе для трехмерного моделирования. На экране медленно, но верно вырисовывался интерьер просторной гостиной: фактурная штукатурка цвета слоновой кости,...

— Так вы все-таки определитесь: вы внука к нам приехали воспитывать, или вам просто нужно сдать свою квартиру, чтобы выплатить кредиты Игоря? *** Солнечные лучи, пробиваясь сквозь безупречно чистые стекла огромных окон, ложились золотистыми прямоугольниками на светлый паркет просторной гостиной. Кристина сидела за своим широким рабочим столом, который занимал часть утепленной лоджии. В ее руках был крошечный пинцет, с помощью которого она ювелирно точно приклеивала микроскопический корешок книги на полку такого же крошечного деревянного стеллажа...

— Я устал мотаться по съемным квартирам и отелям. Это моя квартира, я вложил в этот ремонт миллионы, я заработал на все, что здесь есть. И я буду жить здесь так, как хочу, и с тем, с кем хочу. *** Весна в этом году выдалась стремительной, дерзкой, словно пыталась компенсировать долгую, изматывающую зиму. Солнце плавило остатки грязного снега на газонах, превращая их в звенящие ручьи, а в воздухе уже отчетливо пахло влажной землей и просыпающимися почками. Полина сидела в своей мастерской, оборудованной в просторной лоджии, и методично разминала кусок влажной глины...

— Ты забыл свои собственные слова? Ты сказал мне: «Отец оставил квартиру только мне, а ты иди к своей матери». Я ушла. А теперь иди и ты. *** "Отец оставил квартиру только мне, а ты иди к своей матери, — заявил мне родной брат, забыв про наше соглашение", — эта фраза пульсировала в голове Вероники каждый раз, когда она закрывала глаза. Прошел уже год с того страшного дня, когда родной человек указал ей на дверь, но боль предательства ничуть не утихла. Она все еще помнила его холодный, равнодушный взгляд и то, как небрежно он бросил ключи на тумбочку в прихожей...