Экономим вместе

Я выжила любовницу из квартиры с помощью рыбьих голов. Самая вонючая месть. Муж кричал, что я воняю рыбой. А потом его беременная любовница вылетела как пуля от этого запаха навсегда Тишина на кухне была оглушающей. За тонкой дверью слышались приглушённые голоса, шарканье, звон собираемых осколков. Потом шаги в прихожей, и хлопок входной двери. Ушла. На время. Марина сидела, не шевелясь, пока не затихли все звуки. Потом медленно поднялась, отодвинула крючок и вышла. В гостиной пахло дешёвым вином, рыбой и чужим парфюмом...

Он променял меня на учительницу, которая представилась моделью. Они пили мое вино и ели мою селедку на моем диване. Через месяц они оба умоляли меня выпустить их из этой квартиры Воздух на рынке к вечеру становился тяжёлым, густым, как бульон. Пахло льдом, водорослями и жизнью, выпотрошенной на жарком белом свете ламп. Марина скинула прорезиненный фартук, заляпанный чешуёй и рыбьей слизью, с трудом разогнула спину. Каждый позвонок щёлкал, будто прося пощады. Двенадцать часов на ногах. Руки, даже вымытые трижды с хозяйственным мылом, хранили въедливый, стойкий аромат морской глубины...

Я выгнала мужа, чтобы жить с любовником, от которого беременна. Но его безразличие оказалось самой жуткой местью. Я разрушила наш брак, чтобы начать жить... Но... Почему же мне так плохо? Тишина в лофте была не просто отсутствием звука. Она была материальной, выверенной, как идеальный кадр. Шестьдесят квадратных метров бетона, стекла и выбеленного дуба, купленных в кредит на двадцать лет и доведённых до состояния абсолютной стерильности. Пахло древесным воском, свежемолотым кофе и тишиной. На столе, отполированном до зеркального блеска, стояла камера на штативе...

- Прошу, Олежек, мне нужна помощь, - хриплым голосом проговорил Анатолий. – Материального плана. Я сейчас на инвалидности, не могу работать. Может быть, ты мне поможешь? Олег слушал и молчал. В голове при этом крутились разные мысли. Потом молодой мужчина усмехнулся: абсолютно безрадостно и холодно. - Ты захотел вдруг, чтобы я стал помогать тебе? – С удивлением посмотрел он на отца, который бросил семью много лет назад. – Ты серьезно говоришь сейчас? - Я прекрасно понимаю, что это прозвучало из моих...

Дочь приехала с подарками и приговором для материнской дачи. Дочь предложила матери жить вместе в большой квартире. Та назвала это тюрьмой и пошла копать картошку.. Ведь дочка собиралась продать дачу отца, чтобы купить трешку. Ответ матери её оскорбил... Тишина после бури была хрупкой, как первый ледок. Они отмылись в доме, действуя как роботы: Лиза нагрела воду, Елена молча отдала сырую, пропахшую потом одежду. Матвей, обессиленный, уснул прямо на диване, не выпуская из рука бабушкиного халата. Когда водопроводный грохот и шарканье тапочек стихли, в доме повисло неловкое, болезненное молчание...