DS

Середина апреля. За окном плюс восемнадцать в тени, набухают почки сирени, по двору ходят люди в футболках. В панельной девятиэтажке распахнуты все балконные двери с первого по последний этаж. Внутри квартир чугунные и биметаллические радиаторы жарят так, будто на дворе крещенские морозы под Сургутом, а дотронуться до стояка голой ладонью невозможно. Городские чаты в такие дни закипают быстрее воды в трубах. Жильцы клянут теплосети в жадности и подозревают энергетиков в сговоре с газовщиками, будто те судорожно дожигают зимние лимиты метана ради жирных апрельских квитанций...

Апрельская ночь в воронежской степи пахнет оттаявшим чернозёмом и соляркой. Идёт закрытие влаги, когда у хозяйства есть ровно восемь суток, чтобы пройти поля тяжёлыми культиваторами до того, как весенний суховей превратит верхний слой почвы в бетонную корку. Опоздание на каждые сутки во время сева отнимает у будущего урожая до двух центнеров зерна с гектара. Посреди этого цейтнота на краю клетки замирает тёмно-зелёный американский трактор, ввезённый год назад по параллельному импорту через Казахстан за сорок два миллиона рублей...

Билет в один конец из Якутска до Среднеколымска на утренний рейс «Полярных авиалиний» обходится в 63 500 рублей. Если брать вылет в декабре перед новогодними праздниками, ценник в кассе легко пробивает отметку в 129 тысяч. За эти деньги пассажир получает три с половиной часа полёта над замёрзшей тундрой в тесном салоне турбовинтового Ан-24РВ, сошедшего со стапелей Киевского авиазавода ещё при Леониде Брежневе. В соседнем секторе Арктики, на Чукотке, перелёт из Анадыря в бухту Провидения без местной...

Пассажиры ночных скорых поездов часто замечают странную перемену. Ещё четверть века назад вагон убаюкивал чётким, размеренным перестуком на каждой сотне метров, отсчитывая ритм поездки. Сегодня состав нередко летит по перегону под ровный низкий гул, а стакан с чаем на столике даже не вздрагивает. Привычная железная дорога со стыками через каждые двадцать пять метров ушла в прошлое на большинстве главных магистралей. Её заменил бесстыковой, или, на языке путейцев, «бархатный» путь. За этой тишиной в купе скрывается острый инженерный конфликт с базовыми законами физики...

Штормовой ветер, гнущий деревья вдоль федеральной трассы, для высоковольтной линии электропередачи почти безопасен. Порывы раскачивают пролёты из стороны в сторону, заставляют стальные опоры глухо гудеть, но сам провод переносит такую болтанку спокойно. Настоящая беда приходит в тихую погоду, когда над полем тянет ровный, едва заметный ветерок со скоростью два-три метра в секунду — такой даже пламя зажигалки сбивает с трудом. Если на проводах возле изоляторов нет тех самых парных грузиков, напоминающих...