Библиотека ДиВо

Любовный роман — жанр, который стойко пережил все идеологические катаклизмы, экономические кризисы и даже появление TikTok. Он не просто жив, а порой настолько популярен, что кажется, будто если на свете вдруг исчезнет последний экземпляр, человечество немедленно начнет писать новый — из чувства стыда за свою нереализованную внутреннюю страсть. Но почему, с психологической точки зрения, этот жанр настолько притягателен для и авторов, и читателей? Попробуем подсмотреть, какие душевные раны и тайные надежды питают эту «любовь к любви»...

Вы только представьте: человек XXI века, обложившись гаджетами, гуглит "как построить барскую усадьбу", а ночами спасает Российскую империю от Бонапарта — и всё это не вставая с дивана! Знакомьтесь, жанр бояраниимэ — литература, где современный герой внезапно оказывается в исторической России (чаще всего с пачкой таблеток от давления и словарём "матерных выражений для дворян"). Почему и зачем пишут и читают такие тексты? Подходя к этому вопросу не как подозрительный историк, а как психолог с опытом...

Есть читатели, которым важно, чтобы книга была умной. Есть те, кому нужен сложный стиль, тонкая психология, необычная структура или медленное созерцание. А есть Лев. Он, конечно, тоже может оценить сильный язык, хороший сюжет и глубокий подтекст. Но если совсем честно, Лев идет в книгу не для того, чтобы смиренно ковыряться в литературной серости. Лев идет туда за впечатлением. За масштабом. За харизмой. За героями, у которых есть лицо, голос и внутренняя осанка. За сценами, после которых хочется отложить книгу и подумать: «Да...

Что может быть проще и безобиднее классической сказки о семерых козлятах и голодном волке? Открываем детскую книгу, читаем малышам — и вроде ничего криминального. Но стоит психологу сверкнуть очками, как глубины бессознательного братьев Гримм маячат куда страшнее пасти лесного хищника. Что же скрывает извечная борьба мамы-козы и Волка-Перевёртыша? Каким бы взглядом посмотрел бы на это Зигмунд Фрейд? Давайте разберёмся, чем хороша эта сказка с психоаналитической точки зрения, и почему она не устаревает, а только набирает актуальности...

Психолог на кушетке и клиент — жена железнодорожника Из галереи ярчайших женских образов русской литературы сложно пройти мимо Мадам Грицацуевой, героини бессмертного романа Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев». Она одновременно и комична, и трагична; вызывает смех и испуг. Что скрывается за внешней обольстительностью одесской вдовы? Перед нами случай для психолога, который устал от типичных «Анн Карениных». Приготовьтесь, будем препарировать мадам! Психотип и психологический портрет Мадам Грицацуевой...