Добрый рассказчик

— После развода друзей не делят, — Сергей с размаху опустил тяжелую зеленую кружку на кухонный стол Елены. — Так и передай Антону. Он три дня не отвечает на мои звонки. Это твоих рук дело? Елена даже не вздрогнула. Она спокойно отложила черную пластиковую ручку, которой только что делала пометки в рабочем блокноте, и поправила воротник серого трикотажного джемпера. За окном кухни лениво ползли редкие серые тучи. — Я Антону ничего не рассказывала, Сережа, — ответила Елена. — Он взрослый человек. Своей компанией управляет, как-то справится и с телефонной книжкой...

— Я двадцать лет тебя ненавидела, — Галина резко остановилась у кованой ограды кладбища, с силой сжав в руке мокрые пластиковые ветки искусственных хризантем. — Двадцать лет, Капитолина Ивановна. Вы мне всю жизнь сломали. Капитолина Ивановна сама попросила ее встретиться у ограды, когда Галина приедет на могилу отца. Пожилая женщина в тяжелом шерстяном пальто глубокого бордового цвета даже не вздрогнула. Она аккуратно расправила серый шерстяной платок на голове и медленно повернулась, опираясь на палочку...

— Зачем ты платишь за ЭТУ женщину? — Лидия швырнула телефон на кухонный стол, прямо в тарелку со стынущей яичницей. — Ответь мне сейчас же. Желток лопнул, заливая ровную строчку цифр на экране. Виктор даже не вздрогнул. Он спокойно отложил зеленую пластиковую ручку, которой отмечал что-то в блокноте, и потянулся за салфеткой. На дисплее смартфона светилась открытая страница банковского приложения с ровным столбиком ежемесячных переводов. Получателем значилась Инна Эдуардовна Т. — Ты проверяла мои счета? — тихо спросил Виктор...

— Я не стану жить у тебя из благодарности, — 69-летняя Анна решительно поставила тяжелую глиняную кружку на деревянный стол. — И тему эту мы закроем раз и навсегда. Ее дочь, Марина, разочарованно вздохнула и уронила руки на колени. На ней был дорогой бежевый кардиган, который резко контрастировал со старыми, слегка пожелтевшими обоями материнской кухни. За окном расстилалось блеклое ноябрьское небо, по которому лениво ползли редкие серые тучи. — Мама, ну почему ты такая упрямая? — Марина почти умоляла, подавшись вперед...

— Она святая, а ты эгоистка, Оля! — Костя с грохотом опустил тяжелую чашку на белоснежную ресторанную скатерть, даже не глядя на жену. — Мама желает нам только добра, а ты устроила из своего тридцатилетия какой-то пир во время чумы. Посмотри на эти цены! Три тысячи рублей за один только салат? Мама абсолютно права: ты совершенно не умеешь контролировать семейный бюджет. — Твоя мама не имеет никакого права врываться на мой личный праздник без приглашения, Костя! — Оля судорожно сжала в руках шелковые края своего нового праздничного платья...