Ракета

Представь: ты стоишь на экваторе. Вокруг — обычный день. И вдруг — стоп. Всё, что не вросло в скалы, летит на восток со скоростью 1670 км/ч. Люди, дома, деревья, машины. Просто сносит. 1670 км/ч на экваторе. 1325 — ближе к полюсам. Люди у полюсов? Шанс есть. Но короткий. Потому что дальше начинается ад. Вода по инерции продолжает двигаться. Гигантские цунами накрывают редких выживших. Ветра такой силы, что трение — и вот уже пожары по всей планете. Вспыхивает всё. Сразу. Земля не твёрдая. земная кора — как кожура яблока...

Лос-Аламос, 1950 год. Энрико Ферми обедает с коллегами — до этого треп про летающие тарелки из газет, ничего серьёзного. И в какой-то момент он просто спрашивает: «Ну и где же они все?» Вопрос простой. Противоречие за ним — нет. Математика выдаёт миллиарды разумных цивилизаций. Наблюдения — ноль. Ни сигнала, ни следа, ни намёка за всё время наблюдений. Вот это и есть парадокс Ферми. В наблюдаемой Вселенной от 10 секстиллионов до 1 септиллиона звёзд. От 5 до 20% из них похожи на Солнце — по массе, температуре, стабильности...

Мы построили приборы за миллиарды. Запихнули их в Антарктиду, в шахты, в космос, под воду. А в итоге честно признаёмся — 95% Вселенной мы не понимаем. Серьёзно. Вдумайся в эту цифру. 95. Всё, что ты видишь — звёзды, галактики, твой кот, ты сам — это жалкие пять процентов от реальности. Остальное — две штуки под кодовыми названиями «тёмная материя» и «тёмная энергия». И никто. Вообще никто. Не знает, что это. История началась ещё в 30-х. Астроном смотрел на скопление галактик в созвездии Волосы Вероники — и офигел...