Ильичев-Ростовцев

Месяц смотрит мутным глазом Дмитрий Ильичев-Ростовцев Месяц смотрит мутным глазом, Сбросив сон и негу разом, Под ногами снег горит, И хрустит с морозным чувством, Наслаждаются искусством Люди, звери, фонари. Начиналось с вьюжных шуток, С темнотой, без прибауток, Замело дороги, крыши, И прозрачный парк скрипел, Но ночной мороз терпел, Послушанье приняв свыше. В окнах Ваших ходит Дрёма Длинной ночью всем знакома; Пока сладко спали Вы, Снег прошёл девятым валом, Подо льдом и покрывалом Загогулины Москвы. В чистоте и снега блёстках Суета на перекрёстках, И дороги стали все Без разметок, зебр и вафель, Словно скользкий битый кафель, В узкой белой полосе. Солнце выйдет из-за тучи Будто Серафим летучий, Стихнут ветры-бунтари; Ярким днём откроем мы Блеск и волшебство зимы, И погаснут фонари. Сани летом, а телега Вновь очищена от снега. Вместо лошадей — мотор, Сядем рядом, включим печку, И поедем мы на речку Под весёлый разговор. 14.01.2021

Дмитрий Ильичев-Ростовцев — В мире что деется? — Просто стабильности нет. — Просто стабильности? — Да, террористы лютуют. В Сирии режут и в Газе разбитой колдуют, И на Камчатке трясло накануне в обед. — Что же ещё? — Мы воюем и верим в Христа. — Вы полагаете, мы победим Украину? — Да, победим, хоть задача не так уж проста. Думали долго, трезуб не упрётся нам в спину. — Скоро всё это закончится? — Может, весной. — В мае? — Не знаю, в каком, а быть может, в апреле. Слышал под Курском уже соловьиные трели. И от ребят Персеиды поток неземной. — Как человечен божественный свет, посмотри! — Нам помогают они. Пока давим фашиста, Будет звучать за Россию протяжное «три-ста» И тридцать три, тридцать три, тридцать три, тридцать три.

У Вечного Огня Дмитрий Ильичев-Ростовцев Многолюдно, детский лепет, стены древнего Кремля, никуда не делся трепет, трепет Вечного Огня. Блики пламени не ранят, освятив под ним гранит, за оградой всадник-память в бронзе на него глядит. Спаси Бог - бес промахнулся, значит не бойца черёд, он израненный вернулся, а сейчас к огню идёт. Мать блаженна, снова рядом, всё боясь, что упадёт, провожает сына взглядом, гранит скользкий словно лёд. Сын, как раненая птица долетел, чтоб поклониться, тому мальчику в шинели, что погиб в огне метели, восемьдесят лет назад, за родню и не назло, умер имярек-солдат, а ему - чуть повезло. Он как заново родился под валькирий злобный вой, и живым с небес спустился, встретив Витьку с Моховой. Рассказал он там при встрече, воевали, мол, не зря… Часовые, дивный вечер, звёзды красные Кремля. 04.02.2025