Speculum

Многие до сих пор ищут в «Твин Пиксе» классический детектив. Они ждут логики, улик и триумфа закона в финале. Но пытаться смотреть Линча ради ответа на вопрос «Кто убил Лору Палмер?» — это всё равно что прийти на балет, чтобы узнать, чем закончится сказка...

Вам кажется, что вы знаете Пикассо? Голубь мира, странные лица с глазом на щеке, тельняшка и миллионные аукционы. Пикассо — это давно не просто фамилия, это бренд, сопоставимый с Coca-Cola. И в этом главная ловушка. Из-за его популярности нам кажется, что мы всё о нем поняли. «А, это тот, кто рисовал треугольных людей». Но на самом деле Пикассо — самый непонятый художник XX века. Он интересен не столько своими картинами, сколько тем, что он сделал с самой идеей художника. Давайте забудем школьные...

Наверное, нет в русской литературе книги более зацитированной и менее понятой. Цитаты про «рукописи не горят» и «квартирный вопрос» мы знаем наизусть. Кота Бегемота с примусом видели на сотнях футболок. В школе нам говорили: это сатира на СССР. Или: это великая история любви. Или даже: это Евангелие от Булгакова. Но давайте честно: почему эту книгу перечитывают в 20, в 30 и в 50 лет? Не ради говорящего кота и не ради голой Маргариты на метле. Мы возвращаемся к ней, потому что это не роман о дьяволе...

Представьте себе выставку в Париже конца XIX века. Изысканная публика, привыкшая к академической живописи или, на худой конец, к модным импрессионистам, останавливается у картин странного человека. Люди смеются. Они тычут пальцами в непропорциональные фигуры, «неправильную» перспективу и плоские деревья. Художник стоит рядом. Он не злится, он искренне не понимает смеха. Он считает себя великим мастером. Этого человека звали Анри Руссо. И история показала, что прав был он, а не смеющаяся толпа. В мире искусства часто любят истории о «непонятых гениях», но случай Руссо — особенный...

«Мой пятилетний сын нарисует лучше!» Это самая частая фраза, которую слышат экскурсоводы в залах авангарда. Люди смотрят на грубые фигуры, кривые домики и неправильные пропорции, а потом видят ценник на аукционе — $10, $20, $60 миллионов. И это вызывает законное раздражение. За что такие деньги? За неумение рисовать? Давайте расставим точки над «i». В мире большого искусства мы платим не за сложность исполнения (фотоаппарат все равно справится лучше). Мы платим за редкость взгляда и смелость сломать правила...