Юлия Денисова

В нашей школе есть фраза, которую слышат дети: «Ошибки — это не конец. Это начало понимания». И это не красивые слова. Это — наша повседневная практика. В обычной школе ошибка часто звучит как приговор: — «Два за невнимательность!» — «Ты же это проходил!» — «Как так можно?» Ребёнок учится одному: ошибаться — стыдно. А раз стыдно — лучше молчать, не пробовать, не рисковать. Лучше списать. Лучше угадать. Лучше притвориться, что всё ясно. Но в «Альтернативе» мы идём другим путём. Когда ученик делает ошибку — мы не спешим её исправлять...

"Вы можете написать мне в любое время». О том, почему в нашей школе нет «закрытых дверей» Когда родители приходят в нашу школу впервые, они часто спрашивают с недоверием: — А правда, что к Вам можно обращаться по любым вопросам? — А если у меня вопрос к учителю — мне через администратора записываться? — А вы не обидитесь, если я скажу, что ребёнку что-то не нравится? Я всегда отвечаю одно и то же: «Вы можете написать мне в любое время. Даже ночью. Даже в отпуске. Особенно — если вам тревожно». Потому что в «Альтернативе» мы не строим барьеры между школой и семьёй...

«Сначала они прятали глаза. А через месяц сказали: “Это лучшая школа”» Каждый раз, когда к нам приходит новый ученик — особенно в середине учебного года — я вижу одно и то же. Он заходит в кабинет (или мимо меня проходит по коридору) и… старается стать незаметным. Плечи подняты, взгляд опущен, голос — шёпотом. Иногда даже дверь открывает с такой осторожностью, будто боится разбудить грозу. И я сразу понимаю: он принес сюда страх из старой школы. Страх перед взрослыми. Перед вопросами. Перед «внезапной» проверкой. Перед тем, что его вызовут, осудят, уличат в чём-то. По привычке он уже готов извиняться — даже если ничего не случилось...

Меня зовут Юлия Николаевна, и я руковожу частной школой «Альтернатива» в Туле. Но сегодня я пишу вам не как администратор или управленец. Я пишу как мама, педагог и человек, который каждый день задаёт себе один и тот же вопрос: «Как сделать так, чтобы ребёнку было хорошо — здесь и сейчас?» Не «чтобы он поступил», не «чтобы выиграл олимпиаду», не «чтобы родители гордились». А просто — чтобы ему было хорошо. Чтобы он просыпался без тяжести в груди. Чтобы знал: его слышат, видят, принимают — даже если он не такой, как все...