Деменция. История ненависти и любви

Вечером укладываю маму спать, глажу по головке, уговариваю выпить смекту и кветиапин. Потом достаю фиксирующие ремни для рук. Мама с грустью смотрит на них. — Мам, мы еще немножко совсем попривязываем. Если таблетки будут помогать, нам эти ремни потом не понадобятся. Но таблетки надо пить обязательно. Глажу мамины руки, проверяю крепление ремней — чтобы руки могли двигаться, но не доставали до лица и до памперсов. Кожа, разодранная три недели назад, заживает, но очень медленно. ____________ Каждый вечер перед сном читаю «Братьев Карамазовых»...

Я опять не понимаю, что происходит, и звоню энергопрактику. — Ничего удивительного, — говорит Лена, оценив ситуацию, — у тебя полный дом сущностей. Она их из больницы с собой привезла. Поэтому у тебя и сил нет. С нее уже что возьмешь? А тебя высосать можно. Та-а-ак! Приехали! Могла бы и сама догадаться. Нет, жечь их на подоконнике я больше не буду, я уже знаю, что потом бывает. ____________ Рассказываю Лене, как мамина душа приходила прощаться. — Лена, такое может быть? Душа может находиться вне...

Дома мама приходит в себя, узнает нас и начинает плакать: — Я думала, все умерли. — Мама, никто не умер, все живы. — Кровь, много крови, всех зарезали и убили. Господи, из какой из своих прошлых жизней она взяла этот кошмар? — Мама, все живы. — А Оля, Настя, Олег, Вовчик, Машенька? — перечисляет внуков. — Все живы. Смотри, какие они красивые у тебя на фотографиях, — показываю на фоторамки на стене. Смотрит, улыбается. — А Люда, Сергей, Вова? —это она о сестре и двоюродных братьях. — Все живы, все звонили и спрашивали, как у тебя дела...

Мама провела в стационаре ровно месяц. На следующий день после первого укола антибиотиков у нее открылась страшная диарея, и ее перевели в терапию. Диарею за месяц так и не остановили. Но зато вызвали в стационар психиатра, и он прописал феназемам. Укол перед сном — и она никого не беспокоила по ночам. Но все по порядку. Я звоню в отделение и договариваюсь, что к маме будет ходить сиделка, а не я. Во-первых, я не знаю, что она еще выкинет в мой адрес. Я не понимаю, почему она так яростно пыталась избавиться от меня...