Тёмный историк

Когда в послевоенной немецкой мемуаристике и западной историографии поднимался вопрос о том, почему блицкриг против СССР провалился, чаще всего звучали объяснения, связанные с климатом, расстояниями, ошибками Гитлера. Однако в реальности решающим фактором стала вовсе не погода, а системная способность Советского Союза к тому, что теоретики межвоенного периода (в частности, А. А. Свечин) называли «перманентной мобилизацией». Советское руководство с первых недель войны развернуло механизм непрерывного формирования новых соединений...

Донское казачество обладало значительным военным потенциалом: боевым опытом, традицией коллективной службы, развитой системой самоорганизации. В конце концов, конницей, роль которой резко возросла именно в годы Гражданской. В первые месяцы Гражданской войны именно Дон рассматривался белыми лидерами как естественная опора для создания антибольшевистской армии. Однако эти ожидания довольно быстро столкнулись с реальностью. Несмотря на все предпосылки, Донская армия так и не стала силой, способной самостоятельно переломить ход войны...

Крушение различных монархий, произошедшее в годы и сразу после двух Мировых войн, часто объясняют исключительно военными поражениями, революциями и социальными потрясениями. Однако война была скорее ускорителем процессов, которые начались задолго до 1914 года (а несколько монархий прекратили своё существование до 1914-го — в Китае или Португалии например). Судьба многих династий оказалась предрешена глубинными изменениями в структуре общества, прежде всего — утратой сакрального статуса монархической власти...

На противоречивость белого движения неоднократно обращали внимание читатели. И в самом деле: сперва основатель белого движения М. В. Алексеев объективно способствовал отречению Николая II. Историки об этом процессе спорят («Магнус Алексеев не предавал!»), но важно одно, в чём вроде бы все сходятся: для самого императора решающей стала именно позиция военных. Другой основатель белого движения, Л. Г. Корнилов — вообще фактически «революционный военачальник». Да и А. В. Колчак не то чтоб как-то активно выступал за сохранение монархии...

Я всегда считал, что итоги на полях сражений — это ещё не всё. До них и после (и во время) идёт «борьба взглядов», проигрывать которую не следует. Уже в первые послевоенные годы англоязычная историография Восточного фронта начала формироваться преимущественно на основе германских источников. Причины этого были во многом прагматическими. Советские архивы оставались закрытыми, советские ветераны находились по другую сторону формирующегося «железного занавеса», а в академической и военной среде США...