Твоя Дача

— Сиди и улыбайся, — Кирилл подвинул к Лиде чашку с остывшим американо. — Я мужик, ты пустое место без права голоса тут. У витрины звякнула ложка, официант застыл с подносом, а у двери уже снимали шарфы те самые гости, ради которых Лида две недели не спала. Лида не ответила сразу. Она только развернула чашку ручкой к себе, чтобы не мешалась, и убрала со стола папку с расчётами. Очень спокойно. Так спокойно убирают со скатерти свечу, если видят, что сейчас кто-то начнёт размахивать рукавами. Кафе...

Я всегда считала себя стопроцентной москвичкой. Кофе с утра — только из любимой кофейни на углу, выходные — кино или шопинг, вечером — фитнес или встреча с подругами. Мой мир — это метро, Wi‑Fi, доставка еды и маникюр раз в две недели. И вот, представьте, я еду в деревню. В настоящую деревню! Всё из‑за Саши — моего жениха. Мы познакомились в офисе: он тогда приезжал к нам на переговоры из своего регионального филиала. Умный, обаятельный, с таким тёплым взглядом — я просто не смогла устоять. И вот...

Несколько лет подряд выращивание сладкого перца напоминало мне соревнование по производству зеленой массы. К середине июля кусты в теплице вымахивали по пояс, листья становились размером с две ладони, а стебли напоминали стволы молодых деревьев. Идеальная картина для ботанического сада, но абсолютно провальная для огородника. На этих кустах-гигантах висело ровно ноль перцев. В лучшем случае — пара завязей, которые не спешили наливаться. Я менял сорта, регулировал полив, убирал азотные подкормки, но перец упорно отказывался плодоносить...

Этот рецепт пришёл ко мне через руки свекрови — Раисы Степановны. Осенью, в мой первый приезд, она стояла на кухне над здоровенными кастрюлями, и даже не обернулась — только бросила через плечо: «Вставай рядом, смотри. Один раз покажу». Из этого получится около 3 литров. Много? Только кажется — первая банка уходит ещё до того, как остальные успеют остыть. Всё промываю, даю обсохнуть. Из перцев вычищаю семена и белые перегородки — именно в них прячется основная жгучесть, особенно у острых. Яблоки делю на четвертинки, удаляю серединку...

— Да убери ты свои рулоны наконец! — рявкнул Игорь и пнул коробку с тканями, катушка ниток укатилась под батарею. Свекровь поджала губы, золовка ухмыльнулась. А потом он сказал при всех: — Собирай тряпьё и вали, тряпка. Я молча подняла катушку и поняла: домой сегодня вернусь не я. Моя швейная комната в нашей квартире раздражала родню мужа одним простым фактом: она существовала. Шесть квадратных метров, стол у окна, машинка, манекен, полки с тканями и коробка с молниями, в которой даже я иногда терялась...