Найти в Дзене
Робер Мерль и его «Мальвиль»: постапокалипсис без зомби и героизма
Это роман для тех, кто любит классический постапокалипсис старой школы — без бегущих зомби и бесконечных экшен-сцен, зато с обстоятельным размышлением о том, как люди вообще будут жить после. Причем «жить» здесь буквально: пахать землю, разводить коров, чинить заборы, смотреть, как взошли озимые. Такой медленный, почти пасторальный конец света с явным припаданием к истокам и крестьянской философией. Есть, правда, нюанс: женщин в этом новом мире осталось катастрофически мало. Так что судьба будущей цивилизации едва не повисает на одной-единственной «Еве»...
1 день назад
Женщине 54 — и жизнь только начинается: “Иностранные связи” Элисон Лури
Можно выдохнуть и даже слегка порадоваться: наконец-то нашлась книга с героиней нашего возраста. Да, да, той самой категории женщин, которым мировая литература обычно отводит весьма скромную роль — максимум присмотр за внуками, а в худшем случае тихое движение в сторону кладбища, желательно уже завернувшись в простыню. Но 54-летняя Винни — героиня романа Иностранные связи — в этот шаблон не укладывается вовсе. И что особенно приятно, автор описывает ее без сюсюканья, без жалости и без попыток срочно «спасти» персонажа через мужчину...
1 день назад
«Семь смертей Эвелины Хардкасл»: громкая идея и очень скучное чтение
Эта книга явно адресована тем, кто любит сложные, многослойные истории с кучей условностей и обязательным «вот это вы сейчас охренеете» ближе к финалу. Классическое английское поместье, богачи с мутным прошлым, лакеи, дворецкий, горничные, светские вечера, охота, разговоры вполголоса — всё, как мы любим. А поверх этого — довольно дикая идея с переселением сознаний. Не просто один раз, а по кругу. Под конец автор ещё и аккуратно уходит в сторону научной фантастики, но при этом самый очевидный вопрос — за счёт чего вообще работает вся эта конструкция — остаётся без ответа...
1 день назад
Иван Булатов «Соня Кривая»: её звали матерью подполья: кем была Соня Кривая на самом деле
Для отчаянных любителей истории XX века, революции, подполья, гражданской смуты и всего, что с этим связано. Причем именно отчаянных: тех, кто готов терпеливо продираться через тяжеловесный текст ради фактов, имен и деталей эпохи. Моя оценка: 2 из 10 Тест Бехдель: не проходит В нескольких российских городах есть улицы, названные в честь революционерки Сони Кривой. Имя броское, запоминающееся, почти литературное — но при этом давно оторванное от живого представления о человеке. Мало кто сегодня сходу скажет, кем она была на самом деле...
2 дня назад
Почему „Время свинга“ — книга не про дружбу и не про любовь
Эта книга — для любителей долгих, сложных и неочевидных разговоров об отношениях между людьми. Причем не про секс — его здесь как раз меньше всего. Гораздо больше про любовь, привязанность и те странные, плохо определимые связи, которые возникают у каждого из нас: с начальством, с друзьями, с коллегами, со старыми подругами детства. Это часто не любовь и не дружба в чистом виде, а что-то промежуточное, чему на русском языке до сих пор нет точного названия. Зэди Смит разглядывает эти связи пристально,...
2 дня назад
Дачный поселок, из которого нельзя уехать: почему „Вьюрки“ — один из самых страшных русских романов
Эта книга — для всех, кто любит хорошую современную отечественную прозу, в которую органично и без стыда вплетён ужастик. Здесь есть то, что обычно называют «славянской мифологией» (я это словосочетание терпеть не могу, если знаете, как сказать точнее и не так казённо — правда, напишите в комментариях). Есть лёгкий привкус постапокалипсиса — потому что привычный мир здесь безоговорочно поглощён чем-то чужим и пугающим. И что особенно важно: это «своё», родное, знакомое пугает не меньше, а может, и больше...
2 дня назад
«История пчел»: роман о том, как большие идеи ломают семьи
Это книга про семью пчеловодов — если совсем коротко. А если чуть честнее, то про несколько семей, растянутых во времени, и про то, как большие идеи и благие намерения очень часто оплачиваются не теми, кто их придумал. Моя оценка: 7 из 10 Тест Бехдель: проходит Читалась книга долго и тяжеловато, с большими паузами. Не потому что написана плохо — нет. Скорее потому, что эмоционально она вязкая и местами откровенно давящая. Со временем становится понятно, почему так происходит. Роман построен как три параллельные истории, разделенные эпохами...
3 дня назад
Без призраков, но по-настоящему жутко: „Странная погода“ Джо Хилла
Эта книга — для всех, кто любит хорошо написанные ужастики. Не просто «попугаться», а именно прочитать что-то плотное, с нестандартными ходами, деталями, которые цепляются за память, и страхом, который не выветривается сразу после закрытия книги. Страшно тут часто не из-за монстров, а потому что все слишком узнаваемо и слишком жизненно. Моя оценка: 8 из 10 Тест Бехдель: проходит На момент выхода это была последняя переведенная на русский книга Джо Хилла — сборник из четырех повестей. Набор героев...
3 дня назад
Почему «Убить Бобрыкина» — один из самых тяжёлых романов, которые мне доводилось читать
Эта книга — для любителей странной, вязкой, современной прозы, для тех, кто сознательно тянется к текстам, уже отмеченным критиками и премиями. Если коротко и честно: книга жуткая. И у меня так и не сложилось понимание, зачем ее читать. Хорошей — по моим ощущениям — я ее назвать не могу. Моя оценка: 3 из 10 Тест Бехдель: не проходит Главная и, пожалуй, решающая претензия — объем. Точнее, несоразмерность между количеством страниц и тем, что в них происходит. Я честно прочитала примерно половину, потом начала пролистывать, потом дошла до финала...
4 дня назад
Агата Кристи без убийств: автобиография, которая читается как роман
На сцену снова выходят любители английского образа жизни — с чаем, спокойствием, внутренней сдержанностью и умением говорить о важном будто между делом. Детектива здесь можно не ждать и даже не искать, но это совершенно не мешает. Агата Кристи оказывается не менее интересной, когда просто рассказывает о собственной жизни, чем когда закручивает убийства в гостиных. Моя оценка: 8 из 10 Тест Бехдель: проходит без всяких оговорок Писательница родилась в 1890 году и начинает рассказ буквально с самого детства — подробно, неторопливо, с вниманием к мелочам...
4 дня назад
Странное убийство в английском поместье: мои впечатления от “Лицо ее закройте”
Эта книга — чистое удовольствие для тех, кто скучает по английскому детективу старой школы. Тут есть все, за что любят жанр: старинный особняк, знатная семья с тайнами, деревенская жизнь «при поместье», легкий налет викторианской чопорности и ощущение, что за благопристойным фасадом вот-вот обнаружится что-то неприятное. Слово «псевдоаристократия» тут совсем не ругательное. Скорее наоборот — оно точно передает атмосферу: внешняя благопристойность, социальные роли, которые играют слишком старательно, и люди, у которых за правильными манерами скрывается куда больше, чем принято показывать...
5 дней назад