Рассказы из почтового ящика

Валерия шла по осеннему лесу, опираясь на затаившую дыхание тишину. Под её ногами шуршали листья, воздух был свежий, с терпким запахом влажной коры, прелой листвы и сосновой смолы. Рядом трусил её верный пёс – немецкая овчарка по кличке Дюк. Его уши были насторожены, а мокрый нос водил из стороны в сторону, улавливая самые тонкие запахи. Он был умён, натренирован и не раз доказывал, что среди всех собак поисково-спасательного отряда именно он лучший. Валерия и Дюк – волонтёры. Они участвовали в поисках...

Когда-то в далёкой юности дедушка Николай стоял в длинной очереди за книгой. Ему было девятнадцать, и он отстоял четыре часа на холоде ради тонкого томика Бориса Пастернака. Тогда книги были чем-то большим, чем просто стопки бумаги с напечатанными буквами. Они были как золото, как драгоценные камни, как мечта, запертая в страницах. Одна книга могла изменить жизнь, перевернуть сознание, стать утешением, спасением или даже любовью. С тех пор прошло более полувека. Книгами теперь никто не дорожил. Их...

Общежитие №4 на окраине провинциального городка было местом, где соседствовали студенты, командировочные, рабочие и всякие странные личности, которых жизнь занесла в этот уголок временного приюта. Но настоящей хозяйкой этого бурлящего мира была вахтёрша Бабка Наташа. Она сидела на вахте уже двадцать лет и за это время не улыбнулась ни разу. Легенда гласила, что когда-то она была приветливой женщиной, но после того, как один из студентов назвал её «тетей», а другой попытался пронести мимо неё кастрюлю с борщом без регистрации, её сердце окаменело, а глаза приобрели зловещий блеск...

— Я вот что скажу, Ань, — Марина отхлебнула кофе, задумчиво покачала ложечкой в чашке и тяжело вздохнула. — Сорок лет мужику. А ведёт себя, как подросток. — Да какой подросток! — Аня раздражённо фыркнула. — У подростков хотя бы гормоны бушуют, мечты, цели какие-то есть. А у него? Живёт, как перекати-поле. Марина задумчиво уставилась в окно кафе. На улице лил мелкий осенний дождь, унылый, как перспективы их общего знакомого, Егора. — Расскажи, как у него дела, — с интересом спросила Аня, намазывая на булочку сливочный сыр...

Андрей Павлович Ковалев был человеком, чья жизнь была настолько стандартной и предсказуемой, что если бы её можно было записать в книге, издатели точно потребовали бы добавить больше драмы. Восемь часов работы в день, скучные встречи, десятки одинаковых проектов — он был просто офисным работником, занимающимся проектированием трубопроводов. Нет, не систем водоснабжения или магистральных нефте- и газопроводов, а именно трубопроводов — тех самых, которые скрыты где-то в подвале и не интересуют никого, кроме тех, кто эти трубы прокладывает...