Чуланчик демиурга

Столкнулись как-то в одной голове Зануда и Фантазия. Долго ойкали, потирая ушибленные места, и косились друг на друга. «А интересный тип, – подумала Фантазия, украдкой разглядывая соседа. – Только какой-то прямой и унылый». Поправив перекосившееся воздушное платьице, она распушила белокурые локоны и взмахнула тридцатисантиметровыми ресницами, запуская сияние фиалковых глаз, осветившее доставшуюся им башку. Устроена та оказалась замысловато: извилистые ходы, каморки, закоулки и темные уголки – в общем черт знает что. Да и замусорена изрядно: на перекрестках дум громоздились беспорядочные баррикады, а кладовки памяти были набиты так, что вытащить что-то оттуда было затруднительно. – Да-а, бардак еще тот, – протянул Зануда, пиная выпавшую из кучи мыслишку. Та с жалобным писком взмыла и заметалась по узкой извилине. – Что ты делаешь?! – возмущенно воскликнула Фантазия. – Это же такая редкость! Она запрыгала, пытаясь поймать перепуганную митусящую мысль. Франтоватый Зануда скептически наблюдал за ее попытками. «Блондинка, – с едва слышным хмыком подумал он. – Но платьице симпатичное, воздушненькое такое». Покопавшись в ближайшей куче, он протянул уже запыхавшейся Фантазии сачок и предложил: – Попробуй этим. Та не глядя схватила инструмент для ловли, пара взмахов – и попискивающая мыслишка забилась в опутавшей ее сетке. – Тихо-тихо! – ласково пробормотала Фантазия, осторожно выпутывая добычу. – Не надо так бояться. Ты же умная и смелая, не какая-то там мелочь, а настоящая Мысля! Изогнув бровь аркой акведука, Зануда переспросил: – Мысля? – А что тебе не нравится? – насупилась Фантазия. – Звучит красиво и… гордо. Свежепойманная мыслишка затихла и вроде даже раздулась. – Ну да, ну да, – пробормотал Зануда, водя острым носом лакированного ботинка в пыли. Его стараниями появились очертания фигур, в которых угадывались буквы «о», «р»» и «ф». – И что это за иероглифы? – недовольно поинтересовалась Фантазия. В пыли появилась еще одна буква «о», потом «г». Покрепче сжав Мыслю, Фантазия прищурилась – сияние фиалковых глаз сфокусировалось в узконаправленный луч, пронзивший толстый слой пыли и осветивший в его глубине надгробие, на котором аккуратным детским почерком было написано «Орфография». От упавшего на нее света массивная плита дрогнула раз, другой и – медленно и неохотно – начала приподниматься, клубы пыли взметнулись густым облаком. – Ап-чхи! Фантазия решительно топнула ногой, придавливая надгробие. Удобно притулившаяся в ее руках Мысля раздулась еще больше, от нее донеслись тихие воркующие звуки. – Вот зря ты так, – укоризненно покачал головой Зануда. – До добра это не доведет. – А чо такова-то? – со стуком захлопала ресницами Фантазия. Погладила воркующую Мыслю и неожиданно с озорной улыбкой высоко подбросила ее, распахивая узкие ладони. Башку залил ослепительный свет, воркование зазвучало громоподобно, быстро складываясь во что-то нецензурное. – …я-а-а!! – звонким эхом разлетелось по всем закоулкам. Оглушенные и ослепленные Зануда и Фантазия, зажмурившись, зажали уши. Внезапно – так же резко, как и началось – все закончилось. Парочка выпрямилась и осторожно открыла глаза. В их компании прибыло – в коконе угасающего света в башке появилось Нечто.