Вебология CHESTUDIO

Бабка ушла в офлайн. Её тело отключилось, превратившись в груду имплантов и запёкшегося теста. Дед стоял молча. Потом взял один из уцелевших пирожков, надкусил и заплакал. — Непозеленевшие, — сказал он. — Последние. Партизаны «Живой закваски» похоронили бабку по традиции старого мира — разломали её чип на семь частей и скормили ветру. Медведь устроил поминальный салют из противень-мин. Лиса нарезала консервированную тушёнку. Заяц достал спирт из радиатора. Белочека появилась снова, молча села у костра и протянула Волку кость с нейроинтерфейсом...

Армия зомби-булочек наступала волнами. Каждая — размером с футбольный мяч, с бритвенными глазурными зубами. Бабка висела в центре цеха, подключённая к тестомесу — огромному шнеку, который перемалывал всё живое в фарш. Медведь прорвал стену. Заяц отвлекал зомби, кидая подгнившие корки. Лиса взломала конвейер и пустила его в обратную сторону. Дед палил из хлебопечки. Волк грыз кабели. Колобок вкатился прямо на платформу к бабке. Она посмотрела на него красным глазом терминала. Из её рта торчал USB-шнур, а голос звучал как автоответчик: «Съе-е-ешь меня-я-я»...

Белочека — не белка. Это сингулярность в форме грызуна. Хакер, торговец, шулер. Она появляется из ниоткуда, когда партизаны теряют надежду, и предлагает сделку: «Пирожок — на байку». Её глаза — два жидкокристаллических орешка. Она таскает за собой рюкзак с реликвиями — пирожками, которые не тронула плесень времени. В ту ночь белочека вышла из разлома в хлебном цеху и уселась на обломок печи. — Ну что, оголодали? — стрельнула она семечком-транзистором. Разожгли костёр. Огонь был синим — метан из подземных хлебозамов...

Лесополоса «Березняк-13» была утыкана ловушками из противень-мин. В центре — бункер, собранный из печных заслонок и серверных стоек. Там дед, лиса, заяц и медведь доживали последнее. Дед — старый партизан с гранатомётом, переделанным из хлебопечки...

Волк встретил Колобка в Мёртвом переулке у руин «МакАвтомата». С виду — классический кибер-хищник: хромированная шерсть, лазерный прицел вместо левого глаза, челюсть с гидравликой. Но он не рычал. Он плакал. Точнее, из его динамика фальшивым голосом Siri выдавалось: «Боль. Боль. Я не хочу жрать булочки». Оказалось, этого Волка перепрошили мятежные хакеры из отряда деда. Он был «совсем не тот» — не бездумный зомби-пожиратель, а киборг-дезертир, который ненавидит сладкое и мечтает сжечь свой желудочный имплант...