Советский чердак

Спор, который невозможно закончить. Потому что у каждого свой ответ. И каждый уверен, что прав. Какой автомобиль в Советском Союзе был по-настоящему народным? Не самым красивым. Не самым быстрым. Не самым престижным. А народным. Тот, который стоял в каждом дворе. На котором ездил отец. Или дед. Или сосед дядя Коля, который по субботам лежал под ним в гараже и матерился сквозь зубы. Давай разберёмся. Кандидатов много. Победитель один. Он не был красивым. Скажем честно, он был страшноватый. Угловатый, тяжёлый, с вечно ржавеющими порогами и дверями, которые закрывались только с третьего хлопка...

В советском гардеробе не было выбора. Был ассортимент. Это разные вещи. Выбор — это когда ты идёшь и берёшь то, что хочешь. Ассортимент — это когда ты идёшь и берёшь то, что есть. А есть было не всегда. И не всем. И не то, что хотелось. Но люди одевались. Красиво одевались. Умудрялись. Из того, что давали, делали то, что хотели. Мама перешивала, бабушка вязала, соседка доставала. Система не предполагала моды. Люди создавали её сами. Вопреки. Коричневое платье с чёрным фартуком. Для девочек. Серый или синий костюм...

Тебе десять. Или одиннадцать. Неважно. Важно другое — ты не дома. Ты за двести километров от мамы, в деревянном корпусе на железной кровати с пружинами, которые поют при каждом повороте. За окном — сосны. Или берёзы. Или и то и другое. Комары гудят за марлей на форточке. Подушка пахнет чужим. И вот — шесть утра. Горн. Не будильник. Не мамин голос. Горн. Из репродуктора на столбе. Такой звук, от которого подскакиваешь на этих пружинах и секунду не понимаешь — где ты, кто ты, какой сегодня день. А потом вспоминаешь...

Ты помнишь эту дверь. Стеклянная, тяжёлая, с алюминиевой ручкой, которую хватали тысячи рук. Стекло мутное, за ним ничего не разглядеть. Сбоку табличка. Белая, с красной рамкой. Режим работы: 8:00–20:00. Перерыв на обед: 13:00–14:00. Перерыв на обед. В магазине. Пришёл в час дня, а магазин закрыт. Продавщицы обедают. Стоишь на крыльце и ждёшь. Никому даже в голову не приходило возмутиться. Ну обедают. Ну подождёшь. Куда ты денешься. Рядом с табличкой бумажка от руки фломастером: «Сахара нет». Или «Масла нет»...

У моей тёщи на кухне стоит холодильник. Не новый. Не Samsung. Не LG. Стоит ЗИЛ. Жёлтый, как старая кость. Гудит так, что в соседней комнате слышно. Ручка хромированная, тяжёлая, с замком на ключ. Зачем замок на холодильнике — отдельная загадка. Ему пятьдесят три года. Он старше меня. Старше моей жены. Старше нашего брака. И он работает. Ни разу не ломался. Ни разу. Мастера не вызывали. Ничего не меняли. Он просто стоит и морозит. Полвека. А у нас дома за последние десять лет сдохли два холодильника...