Семейные тайны

— Света уже выбрала фасады. В понедельник заедешь на замер, через три недели поставишь, — сказала Лариса Петровна. — За работу, конечно, денег брать не будешь. Она же своя. Андрей перестал резать пирог. В понедельник у него начинался монтаж оплаченного заказа, который нельзя было сдвинуть без нарушения срока. Но тёща назвала его рабочий день так спокойно, словно речь шла о свободном вечере. Света, сидевшая напротив, улыбнулась. — Мне тётя Лариса сказала, что ты согласился. Я даже образцы привезла...

- Зарплата пришла? Переведи всё на общий счёт, - сказал Максим, не отрываясь от красной тетради. Ирина стояла у кухонной мойки и смотрела на уведомление банка. Сто восемнадцать тысяч. Через две минуты после зачисления муж уже знал сумму, хотя её телефон лежал экраном вниз. - Откуда ты знаешь, что пришла? - Сегодня десятое. Она всегда приходит десятого. Максим закрыл тетрадь и убрал в верхний ящик. Он делал так каждый вечер: что-то записывал, проводил пальцем по столбцам и прятал тетрадь, когда Ирина входила...

- Алёна Викторовна, второй звонок справа от двери ставим или ближе к дорожке? - спросил мастер, держа в ладони чёрную кнопку. Алёна остановилась на пороге пристройки и посмотрела на стену, в которой утром ещё не было отверстия. Из него торчал серый провод. На полу лежали дрель, уровень и коробка с изображением двух одинаковых дверных звонков. - Какой второй? Артём опустил руку. - Для жилой половины. Павел сказал, матери удобнее звонить отдельно, чтобы через основной дом не ходить. В глубине пристройки двое рабочих собирали каркас перегородки...

Кирилл поставил на кухонный стол две упаковки одинаковых контейнеров и разрезал пленку ключом от мастерской. - Маме будем готовить отдельно. На шесть недель, по четыре ужина каждую неделю. Дарья не выключила воду сразу. Струя била по кастрюле, которую она мыла после ужина, и гулко разносилась по раковине. - Кто будет? - Ну не Миша же. Ты все равно готовишь. Кирилл вынул контейнеры и выстроил их стопками по четыре. Всего двадцать четыре. На крышках уже были наклеены белые полоски, а на верхней мать Кирилла аккуратно написала карандашом «понедельник»...