БЫЛО И ТАКОЕ

— Ты что же, одной водичкой обедать собралась? — Валентина Петровна поверх меню посмотрела на невестку так, будто та принесла в кафе грязные сапоги. — Я сказала, закажем нормально. Судачок под сырной шапочкой, жульен, салатик с креветками. Не на пенсию же мы сюда пришли, а как люди. — Мне достаточно чая, — ответила Ирина. — Чая ей достаточно. Скромница нашлась. — Валентина Петровна поправила на груди янтарную брошь. Она всегда трогала её, когда собиралась говорить долго. — Молодой человек! Нам вот это, вот это и вот это...

— Я не зайду, Нина. И не уговаривай. Клавдия Ивановна стояла на коврике у порога и в квартиру не смотрела, будто там было сыро. На ней было бордовое пальто с брошкой в виде веточки, шляпка с маленьким пером, а на губах свежая помада. Сумку она держала двумя руками перед собой, как держат на вокзале, когда боятся воров. Духи пошли по прихожей волной, тяжёлые, сладкие, и Нина на секунду подумала, что с такими духами не сидят с внуком. С такими идут на юбилей к дальней родне. — Как это не зайдёте? — Нина растерянно улыбнулась, потому что всё ещё надеялась на шутку...

— Опять жареным несёт на весь подъезд? Ты хоть форточку открываешь, или так и живёшь в чаду? Голос Марии Ивановны долетел до кухни раньше, чем Анна Сергеевна сообразила, что в замке кто-то поворачивает ключ. Она стояла у плиты в старом байковом халате, с лопаткой в руке, а на сковороде шипели котлеты, придуманные ещё в среду как награда за трудную рабочую неделю. Было полдесятого утра. Суббота. Звонка не было. — Мария Ивановна, вы как сюда попали? — спросила Анна, выходя в коридор с лопаткой наперевес...

— Вить, ты меряешь не от того угла. Сервант у меня всегда стоял у глухой стены. — Мама, тут глухая стена, а тут батарея. Куда ты его к батарее? — Это у вас батарея. А у меня он сорок лет стоял на одном месте, и ничего не рассохлось. Марина стояла в дверях с двумя пакетами и смотрела на собственную прихожую. На ту прихожую, где шесть лет подряд вешала куртку на третий крючок слева. Сейчас крючков не было видно. Вдоль стены громоздились коробки, перевязанные бельевой верёвкой, два узла в наволочках, чемодан с ремнём вместо замка и трёхлитровая банка солёных огурцов, обмотанная газетой...

— Я в пятницу уезжаю в командировку. На склад вторсырья под Рязанью. И давай без допросов, у меня и так голова гудит. Наталья не обернулась. Гречка в кастрюле требовала внимания, а лицо требовало ещё больше, и лицом она решила заняться чуть позже, когда оно перестанет её выдавать. — Я ничего не спрашиваю. Хочу только понять, на сколько дней, чтобы собрать тебе еды в дорогу. — Какая еда, Наташа? Там гостиница. Два дня, может, чуть больше. — Два или чуть больше? — Вот это уже допрос. Игорь сел к столу, отодвинул сахарницу, потом придвинул её обратно...