Рисую, пишу, живу

Старый дом на окраине деревни пах сырой штукатуркой и остывающим кирпичом. В углу под лестницей, на старом ватном одеяле, тяжело дышала Найда — рыжая дворняга с умными печальными глазами. Три дня назад она впервые стала матерью...

Воскресенье. Время близится к вечеру. По всем законам жанра я должен чувствовать предвкушение новой рабочей недели или хотя бы приятный осадок от выходных. Вместо этого внутри только глухая бетонная плита. Я пролистал соцсети, съездил за продуктами по акции, посмотрел два фильма, которые даже не запомнил, перемыл гору посуды. Я был продуктивным. Я заполнил каждую минуту своего отдыха действием, чтобы не дай бог не остаться наедине со своими мыслями. В понедельник утром я еду в офис более уставшим, чем уезжал оттуда в пятницу вечером...

Психологические статьи часто создают ложное чувство безопасности. Человек начинает чувствовать себя «финансово грамотным», потому что.... Недавно разбирал антресоли на даче и наткнулся на старый отцовский портфель-дипломат. Кожа потрескалась, замок заедает. Внутри — пожелтевшая квитанция за коммунальные услуги за октябрь 1987 года (12 рублей 40 копеек) и расчетная книжка. Мой отец, инженер на закрытом заводе, точно знал до копейки, сколько у него осталось до получки. И главное — он видел эти деньги...

У моей бабушки был сервант. Тот самый, румынский, с тремя стеклами. Внутри, переливаясь всеми гранями, стоял хрусталь. Фужеры такой красоты, что рядом было страшно дышать. Мы видели их дважды за всю жизнь: на ее свадьбе в 1958 году и на поминках. А пила бабушка чай каждый день из эмалированной кружки с синим цветочком и отбитой ручкой. Она ждала «особого случая». Этот случай так и не наступил. Бабушка просто прожила свою единственную жизнь, экономя саму себя. И я только сейчас понимаю, что унаследовал этот сценарий...

Глава 1. Девять цифр бессмертия У каждого из нас есть такой контакт. Он живет в самом верху телефонной книги, потому что рука не поднимается опустить его ниже по алфавиту. «Мама». Или «Батя». Или просто имя — «Сашка»...