Будни художника (зарегистрирован в перечне РКН 15.01.2025 г.)

Петербургская осень дышала сыростью и какой-то особенной, мучительной тоской — будто сам воздух был соткан из чужих несчастий и несбывшихся надежд. Улицы, узкие и угрюмые, словно сжимали город в своих холодных объятиях, а фонари, едва мерцая, бросали на мостовую дрожащие пятна света, похожие на слёзы. В одной из таких тесных комнат, на пятом этаже доходного дома, сидел Аркадий Петрович. Он сидел у окна, не шевелясь, будто боялся спугнуть ту единственную мысль, что ещё теплилась в его измученном сознании...

Гиппопотам с огромным брюхом Живет в Яванских тростниках, Где в каждой яме стонут глухо Чудовища, как в страшных снах. Свистит боа, скользя над кручей, Тигр угрожающе рычит, И буйвол фыркает могучий, А он пасется или спит. Ни стрел, ни острых ассагаев, — Он не боится ничего, И пули меткие сипаев Скользят по панцирю его. И я в родне гиппопотама: Одет в броню моих святынь, Иду торжественно и прямо Без страха посреди пустынь. Николай Гумилёв Автор этих строк был расстрелян 105 лет назад, в августе 1921 года, по сфабрикованному "делу Таганцева"...

На днях я посмотрел фильмы "Платформа" (2019) и "Платформа-2" (2024), испанского производства, там есть, что обсудить. "Если человек борется с системой, то выигрывает система", - предупреждает нас психолог Альберт Сафин. И, думаю, здесь это верно. Эти два фильма я воспринимаю, как один: общая и обстановка, и в целом правила, есть и общие герои. Второй фильм, я полагаю, является "приквелом" (предысторией) к первому. Вкратце: люди в описываемых двух фильмах попадают (точнее, оказываются заточены) в огромную башню (скорее всего, подземную), в ней 333 этажа по 6-7 метров высотой каждый...