Ольга Брюс

Костя вяло ковырял вилкой яичницу, которую подала ему на завтра Ксения. Он молчал, только изредка бросая на девушку тяжёлый, недовольный взгляд. - Костя, ну прекрати! Я же тебе сказала, что у меня никого нет, - Ксюша в конце концов не выдержала. - Честное слово, я уже жалею, что приняла этот злосчастный букет. Только это всё равно ничего не значит, тем более, что мне привез его доставщик. Костя, ну правда, не выбрасывать же мне его было... такие красивые цветы... Жалко даже. - Я сержусь не на тебя, Ксюша, - Костя посмотрел на неё долгим взглядом...

В интернате, куда попала Вика, первой просыпалась всегда кухня. Местные повара, Галина и Лидия, работавшие вместе уже около трёх лет, прекрасно справлялись со своими обязанностями и готовили довольно-таки сносно, по крайней мере ни одна проверка никогда не могла найти с их стороны каких-либо нарушений. Правда, в такие дни, когда в детский дом приезжала комиссия, и супы в тарелках детей были наваристее, и котлеты пышнее, и компот слаще, но как так получалось, никто понять не мог. Впрочем, это никого и не волновало...

— От нормальных умных баб мужья не гуляют! — кричала мне свекровь Раиса Петровна прямо во дворе, так, что слышала, наверное, вся улица. — Раиса Петровна, давайте хотя бы домой зайдём, — ответила я, оглядываясь по сторонам, боясь, что кто-нибудь из соседей увидит. Вот сплетен-то потом будет! Свекровь пришла ко мне со скандалом, когда я вечером после работы спокойно занималась огородом. Дело в том, что двумя днями ранее я узнала — её «драгоценный» сынок, мой муж Сёма, ходил налево. И не к кому-нибудь, а к Лильке Ивановой, моей бывшей однокласснице, которая мне всю жизнь завидовала...

Гладышев попытался вывернуться и сбежать от Егора, но тот держал его так крепко, что ему ничего не оставалось делать, кроме как присесть на месте. Однако предупреждающий гудок отправляющегося поезда заставил его пружиной подскочить на месте: – Из-за тебя я опоздал!!! – заверещал Сергей, как пойманный за уши заяц. – Отстал от поезда!!! Теперь меня снимут с работы, и мне придётся заплатить штрафы. Откуда я возьму деньги? Он вопил так, что Егор, не желая быть заплёванным его слюной, которая брызгала...

— Маша, ты что, совсем обнаглела? Десять часов утра! Телефон недоступен, я весь извелся, черт возьми! Где ты была? Муж Андрей встретил меня в прихожей, на лице его я видела гнев, смешанный с тревогой. Я поморщилась от громкого звука. После вчерашнего «коктейля», вина и ещё бог весть чего, я выглядела, мягко говоря, неважно: размазанная тушь, помятое платье. Но сдаваться я не собиралась. — У подруги ночевала, — ответила я дерзко. — А телефон сел еще ночью. Да и вообще, Андрей, как у тебя совести...