Дневник Веры: год с Паркинсоном

- Зачем ты сразу бежишь ему помогать? Он пользуется твоей безотказностью и зовёт по каждому пустяку! - сказала я Роме, когда Петр Иванович стучал по спинке кровати пультом от телевизора за тем, чтобы кто-то пришёл и поправил ему подушку, - Иногда мне кажется, что он издевается над нами! - Он стал совсем другой, - вздохнул Рома, - Но он по-прежнему мой отец... И я помню, каким он был и как хорошо относился ко мне. Я замолчала и вдруг осознала - мы смотрим на близких каждый своими глазами. Глазами, которые непременно помнят что-то хорошее и доброе. Это дает нам силы примириться со страшными изменениями, которые приносит с собой болезнь.🫶 [Изображение создано с помощью Алиса AI]

Он не улыбнется при встрече. Он скажет: "с 8 марта", вместо "доброе утро" в октябре. Он редко скажет "Спасибо" после еды. Зато говорит короткие "подай", "налей", "хочу". Сначала я обижалась, негодовала, мол, что за хамство и невежливость. Да что там говорить, мне и сейчас трудно находиться и общаться с Петром Ивановичем. Мало того, что мои попытки его приободрить и заставить делать зарядку не привели к успеху. Так и его поведение мой мозг расценивает, как пренебрежительное. Что со мной не так? Почему при общении с ним у меня внутри растёт тревога. Какой-то неконтролируемый внутренний голос бьет в колокол и кричит: "Alarm! Alarm! Опасность! С этим человеком что-то не так!" Голос разума ему отвечает: "Это старый больной человек. Он делает это не специально, а как может." Но режим тревоги уже запущен. Так было и в тот раз. Я разозлилась на Петра Ивановича и строгим тоном с укором попросила его "не делать так, а делать так". Но он от этого весь занервничал, ещё больше затряслись руки. "Голова совсем отъехала" и он до вечера рассказывал о вещах, которых не существовало (галлюцинации). Галлюцинации у него появляются или из-за подъема сахара, или из-за стресса... Он взял кухонные ножи и ходил с ними по квартире (потом рассказывал, что это он так пытался открыть дверь). Вызвали скорую, ему вкололи успокоительные. Он пару дней отходил и все спал и спал. Ужасная произошла ситуация. Тогда я очень испугалась, что из-за меня всё это. Решила полностью дистанцироваться от Петра Ивановича - будем жить как соседи в одной квартире. Попросила Рому не вовлекать меня в уход на свекром. Благо, Рома понял меня правильно. Какое-то время даже ужинала отдельно. Накрывала ему отдельно после нас. Но это тоже не выход. Ну, не могу я есть, когда кто-то не накормлен. Сразу скажу, не получается на 100% в одной квартире не замечать его. Я пока вдохнула и терплю. Ругаю себя за эту нелюбовь и нетерпимость к больному человеку. И этот блог отчасти мой выдох. Спасибо всем, кто заглядывает сюда, рада встрече)))) (изображение создано с помощью Алиса AI)

"Это ненадолго", - думали мы. Это временная мера. "Я вот-вот умру", - говорил Пётр Иванович и собирался умирать назавтра. Мы все оказались неправы. Болезнь Паркинсона оказалась очень хитрой и подлой. Она развивается медленно, но уверенно. Быстро это не закончится, факт. И я пыталась подбодрить Петра Ивановича: "Если вы живете, если вы снова просыпаетесь этим днем, значит для чего-то это нужно... ?" Я верю, что мы живем не просто так и каждый день нам подарен для чего-то. Если пожилой больной человек каждый день хочет умереть (вслед за любимой супругой), но всё равно живёт, значит, он живет для чего-то... Возможно, чтобы внуки знали своего деда. Возможно, чтобы у нас была большая семья. Возможно, чтобы мы научились на его примере, как это - не сдаваться... Пётр Иванович меня, кажется, не слышит. Он на своей волне. Кивает, но смысл моих слов не касается его. А я так хочу помочь. Но не всегда те, кому мы хотим помочь (взбодрить, приободрить, поддержать), хотят этого. И тут уже до меня не доходит, как же так.