БЭЛЬКА

МАЗ-500 против КрАЗ-257. Одни водители говорили: на МАЗе хотя бы жить можно. Другие: КрАЗ доедет туда куда МАЗ даже не сунется. Оба правы. Оба неправы. Это был спор не о технических характеристиках — это был спор о том что вообще считать главным в грузовике. И единого ответа не было тогда. Нет и сейчас. Минский автомобильный завод строил грузовики для дорог. Не для направлений — для дорог. МАЗ-500 который пошёл в серию в 1965 году был машиной с кабиной над двигателем, современной компоновкой, приличным по советским меркам рабочим местом водителя...

Переплывал реки с грузом. Шёл по болоту где трактор тонул. Работал при минус 50 в Якутии и при плюс 40 в пустыне. Взбирался на сопки под углом 35 градусов. У ДТ-10 «Витязь» было одно место где сходилось всё механическое напряжение от двух звеньев — сочленение. И именно там, в 500 километрах от ближайшей мастерской, он ломался. К концу 1960-х советская нефтяная и газовая промышленность уперлась в проблему которую обычная техника не решала. Западная Сибирь — это тысячи километров болот, вечная мерзлота, реки без мостов, зима девять месяцев...

Маленький треугольник в углу дверного стекла. Поворачиваешь ручку — он отклоняется вперёд, запускает поток воздуха прямо в лицо водителю. Был на каждой «Волге», каждых «Жигулях», каждом «Москвиче», на большинстве западных машин до 1980-х. Потом исчез. Не на одной марке — везде и почти одновременно. За этим стояла инженерная логика которую убила другая инженерная логика. Вентиляция в автомобиле — задача не очевидная. Открыть окно полностью — поток воздуха сбивает с толку, шум, бумаги летят, зимой холодно...

Cx 0,23 — коэффициент лобового сопротивления. У ВАЗ-2108 в то же время — 0,35. Разница 34 процента. В авиации такая разница означает другой класс машины. В автомобилестроении — другое поколение. Советские инженеры из НАМИ в 1987 году построили машину которая аэродинамически опережала тольяттинский конвейер на 10-15 лет. Машину закрыли. Завод победил. Коэффициент лобового сопротивления — цифра которая определяет сколько энергии машина тратит на проталкивание себя сквозь воздух. Чем ниже — тем меньше...

3 июня 1973 года. Авиасалон в Ле-Бурже. Советский сверхзвуковой Ту-144 выполняет показательный полёт. На земле — 300 000 зрителей. В воздухе рядом — французский «Мираж» снимающий советскую машину для телевидения. Через несколько минут после начала выступления самолёт разрушается в воздухе и падает на деревню Гуссенвиль. Погибают шесть членов экипажа и восемь жителей деревни на земле. Всё снято на сотни камер. Что произошло — официальные версии французского и советского следствия расходятся до сих пор...