Базиль Левский

Григ вышел чуть вперед и взмахнул рукой в сторону гнома. Тот отлетел на несколько метров назад и шумно упал на землю. Шлем слетел с гномьей головы и откатился в сторону. Гном остался лежать без сознания. Вместе с мальчиком они поспешили убраться оттуда подальше. Оказавшись на приличном расстоянии, они остановились отдохнуть. Мальчик испуганно взглянул на них разными глазами. Лиам отшатнулся, никогда еще он не встречал людей с такими глазами. Один глаз светло-серый, другой темно-карий. - Что случилось? – спросила Аскева у мальчика...

Огни Трегонда исчезли, как и монстр с ужасным запахом. Лиам, Аскева и Григ оказались на склоне холма, вершину которого подсвечивало какое-то зарево. Все громко дышали и осматривались. Григ, юный колдун, который открыл портал, спасая их от монстра, выглядел очень растерянным. - Что это было?! – спросил он. - Какое-то чудище, - ответила Аскева. - На нем была юбка, - сказал Лиам. - Это не просто какое-то чудище, раз носит одежду. - Ребят, вам не кажется, будто что-то горит? - сказала Аскева. - И какой-то шум...

Лиам нес плащ в руке, а Рози улеглась на его плечах, подремывая на солнышке. Аскева, девушка, втянувшая их в это путешествие, плелась позади, завидуя хорьку. Они шли по большой дороге уже пять часов, а прошли меньше половины пути. День выдался жаркий, и даже сосновый бор не давал путникам желанной тени. Аскева начала жалеть о своем желании немедленно идти в столицу. Только вчера она шла по этой дороге в Келевар и, толком не отдохнув, идет обратно. Лиам же впервые покинул свою хижину, он еще никогда не бывал так далеко от Келевара...

Весеннее солнце разгоняло утренний туман, все выше поднимаясь над горизонтом. Лиам осторожно шел вперед, проверяя взглядом куда ступать, чтобы не хрустнула ветка под ногой. В тридцати шагах от него на опушке стая куропаток копошилась в прошлогодней листве в поисках пищи. Держа лук в левой руке, другой рукой он достал стрелу. Сделав еще несколько бесшумных шагов, он присел. Лиам натянул тетиву и прицелился. - Не жалко птичку? – раздался голос позади него. Птицы вскинули головы и беспокойно захлопали крыльями...

Сорока облетела лес, выбрала дерево и села на ветку. Черным глазом она посмотрела на сидящего внизу остроухого юношу. Худой, с каштановыми волосами, стянутыми в хвост шнурком. Он сосредоточенно махал правой рукой над плащом, лежащим у его ног. Юноша старался заставить плащ взлететь при помощи магии, но безуспешно. Просидев еще минут десять, он сдался. Проклиная всю магию, что есть на Эрдене, он встал и поднял плащ. Со злостью смял его и швырнул в сторону, резко взмахнув рукой. Внезапно плащ оказался на ветке дерева, метрах в трех над землей, спугнув сороку...

Сентябрьская ночь скрывала все, кроме нескольких метров дороги, освещенных фарами автомобиля. Но даже днем тут не на что смотреть, кроме леса. Машина стояла на обочине, а в салоне водитель и пассажир, рассматривая бумажную карту, старались выяснить, где они находятся. Несколько дней назад Вениамин позвонил своему школьному приятелю Дмитрию и предложил съездить на неделю в Великий Устюг, развеяться. В школе они были близкими друзьями, но сейчас виделись редко, хотя, старались поддерживать связь. Дмитрий согласился, он был не прочь ненадолго выбраться из Санкт-Петербурга и отдохнуть от рутины...

Кусты малины и шиповника, разросшиеся яблони и вишни – непролазные дебри. Все это много лет росло само милостью природы, дед совсем запустил свой сад. Мне повезло, что была осень и эта растительность рвала мои джинсы, а не голые ноги. Дед оставил мне дом летом. Позвонил сообщить, что уходит, и я могу делать с домом все, что захочу, документы он оформил. В семье он был белой вороной, всегда делал то, что в голову взбредет. Двадцать лет назад он решил, что хочет уединенной жизни, подальше от бестолковых людей, которые вечно путаются под ногами...