408 подписчиков
Часть 3..
— Во-первых, Джек счастливее, чем за последние годы. Во-вторых, я прекрасно себя чувствую. Я плаваю, загораю, у меня нормальное давление. И в-третьих — я никуда с вами не поеду.
— Что значит не поедешь? А дети? Кто будет забирать их из сада? Кто будет печь блины?
— Это твоя жизнь, Марина. Не моя. Я люблю вас, но больше не хочу быть бесплатным приложением к уборке, готовке и присмотру.
— Мама, тебе шестьдесят два! Какая любовь? Какие купания? Что скажут соседи?
Алла подошла и взяла дочь за руки.
— Меня больше не волнуют соседи. Я не хочу быть для кого-то испорченным отдыхом. Я хочу быть человеком.
В глазах Марины появились слёзы.
— Ты нас бросаешь?
— Нет. Просто теперь буду жить здесь. Вадим не продаёт дом. Мы хотим сделать гостевой флигель. Вы сможете приезжать. Но именно в гости. Не оставлять детей и собаку, а проводить время вместе.
Игорь неожиданно протянул Вадиму руку.
— Я её понимаю. В таком месте я бы тоже остался.
Марина долго смотрела на море. Потом тихо сказала:
— Хорошо. В багажнике вещи Джека. Только как объяснить детям, почему бабушка завтра не приедет?
— Скажи правду: бабушка учится плавать. И очень их любит.
Кроссовер скрылся за поворотом. Но теперь в душе Аллы не было боли.
Через месяц Марина получила посылку. Внутри была фотография на холсте: Алла Петровна босиком стояла на палубе катера в васильковом платье, рядом Вадим обнимал её за талию, оба смеялись в объектив.
К фото была записка:
«Мариночка, я нашла свой магнитик. Только он притянул меня не к холодильнику, а к самой себе. Ждём вас в гости в сентябре. Люблю. Мама».
Марина долго смотрела на снимок. Потом сняла с холодильника старые безликие магнитики и оставила только эту фотографию.
А Алла Петровна сидела на террасе у моря. У ног Джек грыз палку. Давление было нормальным, сердце билось спокойно, в ритме прибоя.
1 минута
2 дня назад