176 подписчиков
Для исследователя искусства исключительно важен контакт с подлинником.
В случае с витражом в окне – контакт слабый, его видишь почти всегда издалека, где-то наверху, в окне. Совсем другая картина – когда витраж демонтирован для реставрации. Вынутый и вымытый он лежит перед тобой как открытая книга — надо только суметь ее прочитать.
Была недавно в мастерской Александры Абеленцевой. Она сейчас реставрирует три витража из доходного дома Хлебникова на Виленском пер., 6 (1907, арх. Б.И.Гиршович).
При близком рассмотрении обнаружились интересные детали.
1. За каждым витражным модулем установлено дополнительное стекло, как дополнительная опора. Поэтому обратная сторона витражей – будто вчера сделана, свинец блестит как серебро.
2. Свинцовый профиль оказался тонким и мягким — мнётся в руках, как бумага. Создатели эти витражей не предполагали, что модули простоят почти 120 лет без ухода. Этот профиль не рассчитан на такой срок службы.
3. Вместе с Александрой распознали два вида фактурных стёкол с глубоким рельефом, прежде не отмеченных в нашей инвентаризации. Их исторические названия ещё предстоит найти в каталогах производителей — или дать новые.
4. На рамах видны зарубки, причём их число различается. Что ими отмечали? Этажи? Но число зарубок не соответствует этажу, на котором находилась рама. Пока неясно.
Может показаться, что всё это мелочи. Но именно из таких технологических нюансов, наблюдений и разговоров с мастерами складывается понимание, как было устроено витражное дело в Петербурге и в чем заключаются региональные особенности именно петербургских витражей.
Так рождается научное знание.
Поэтому у меня огромная просьба к мастерам и подрядчикам: если у вас в работе оказался исторический витраж, позовите меня, пожалуйста. Пока он лежит на столе, он может рассказать о себе то, что после установки в окно узнать уже невозможно.
Фото Т.Княжицкой. А. Абеленцевой, июль 2026
1 минута
2 сентября